Книга Гуси не в счет, муж в придачу, страница 30 – Елена Глива

Следующие два дня прошли в бешеном ритме. Анна составила план работ, разбила его на этапы и с молотком наперевес вышла на передовую.

— Тётя, да ты хоть знаешь, как им пользоваться? — гоготнул один из рабочих. — Или так, для близиру в руках держишь?

Анна одним движением забила гвоздь в стену — ровно, без сколов:

— Есть ещё вопросы?

Дерзкий закрыл рот и отошёл. Остальные переглянулись и решили не будить Лихо пока сидит тихо.

А Анна деловито раздавалась приказания:

— Снять старую штукатурку везде, где отходит. Залатать крышу. Поменять полы. — Она посмотрела на почерневшие стены. — Отмыть и всё побелить. Если нет вопросов — приступить!

Краузе наблюдал за происходящим с растущим недоумением. Эта странная женщина в испачканном платье умудрялась руководить десятком мужиков так, будто родилась с мастерком в руках.

Один из рабочих, Марек, подступился со смелым предложением:

— Графиня, а вы не хотите ли замуж выйти?

— Иди работай, жених, — отрезала Анна. — Есть у меня уже муж. Не без странностей, но это уже нюансы. Замены не надобно!

В один из дней приехал сам барон. Проверить, как дела идут. Ожидая увидеть хаос и безделье, но вместо этого застал на фасаде строительные леса, на крыше — двух мужиков, а внутри здания — саму Анну, выравнивающую стену.

— Барон? — Анна обернулась, вытирая руки о фартук. — Замечательно, что вы приехали. У нас вопросики. Ваш управляющий закупил слишком дешёвую известку. Она крошится. Нужна другая.

Барон посмотрел на неё, потом на стену, которая уже была ровной и гладкой. Потом на рабочих, которые трудились без остановки, не поднимая головы.

Кухня, которую он помнил чёрной и грязной, сверкала, как новенькая золотая монетка. Другие комнаты тоже прихорашивались.

— Чудеса!

В глазах барона читалось уважение.

— Я в восхищении. Вынужден признать, графиня, что ошибался в вас.

— Говорила же: нанимайте — не пожалеете!

Краузе, стоящий за спиной барона, заблеял жалобным, обиженным козлом:

— Господин барон, я должен вам сказать, что эта женщина превышает свои полномочия. Она…

— Сделала за четыре дня больше, чем ты за четыре года, — оборвал управляющего барон.

На десятый день особняк преобразился до неузнаваемости. Фасад отштукатурили, крышу починили. Внутри пахло деревом и свежей краской. Даже старые фрески, которые Анна первоначально собиралась просто закрасить, выискавшийся среди мужиков художник разрисовал лучше прежнего.

Ну и Арнольд, разумеется, всё время неотлучно был рядом. Однажды даже спас Вацлава от падения с лесов, вовремя зашипев, когда тот собирался встать на гнилую доску.

На десятый день, когда работа была закончена и особняк полностью привели в порядок, Анна с Арнольдом, водрузившись на телегу, отбыли в «Гнилой Утёс».

— Я уезжаю, — объявила она Краузе. — Возникнут вопросы, присылайте гонца.

И тут случилось то, чего Анна никак не ожидала. Из-за угла особняка, словно стадо встревоженных зубров, вывалилась вся её артель. Фрол шёл впереди, сжимая картуз так, что тот аж хрустел. За ним плелись Вацлав, Марек, Серго и остальные — все до единого. У некоторых глаза были подозрительно влажными, хотя мужики старательно делали вид, что свирепы как медведи.

— Барыня, — начал Фрол, шумно сглатывая. — Дэк это, того…

— Чего? — насторожилась Анна, свешиваясь с телеги. — Крышу не доделали?