Книга Злодейка не хочет развода!, страница 23 – Ива Лебедева, Екатерина Скибинских

Айден смотрел на меня, открыв рот. В его глазах отражалась сложная внутренняя борьба: с одной стороны, я все еще была злой мачехой, с другой — я только что провернула самую крутую пакость, которую он видел в своей жизни.

— Ты… ты специально! — выдохнул он, и на его губах против воли расплылась шкодливая улыбка. — Ты видела, как у нее нос дергался? Она была похожа на сердитого кролика!

— Ваша светлость… Юэль… — Корвин вытирал лоб своим вторым платком. — Вы понимаете, что это война? Янид примчится к ректору еще до захода солнца. Он души не чает в своей Арин. Он поднимет такой шум, что стены академии задрожат.

— Пусть дрожат, Корвин. Стены академии магические, они крепкие. — Я откинулась на мягкое сиденье кареты, игнорируя то, что мокрое платье безбожно портит дорогую обивку. — А вот репутация «ангельской» Арин теперь похожа на это платье — промокла насквозь и выглядит жалко. Вы же слышали дам? «Сапфиров ей мало». О, это клеймо похлеще любого проклятия.

Я посмотрела в окно на удаляющееся поместье.

— Арин игрок тонкий, но она привыкла играть против истеричной дуры. Против женщины, которая не боится намокнуть и потерять колье ценой в замок, у нее нет иммунитета. Милад хотел, чтобы я извинилась? Я извинилась. Публично. Искренне. Со слезами и спецэффектами. Теперь любые претензии Янида будут выглядеть как попытка защитить… ну, вы сами видели кого. Жадную девицу, которая толкнула герцогиню в воду из-за недостаточно крупных камней.

— Но колье! — Корвин все никак не мог успокоиться. — Оно же на дне бассейна! Это же… это же состояние!

— Ой, не будьте занудой, — отмахнулась я. — Думаете, Веллесы оставят его там в качестве фильтра для воды? Конечно, выловят. И пришлют обратно. Либо с Янидом, либо с посыльным, завернутое в тысячу заверений о «случайности». Им теперь эти сапфиры жгут руки больше, чем каленое железо. Взять их сейчас — значит подтвердить все, что я наплела этим сплетницам.

Я перевела взгляд на Айдена. Мальчишка все еще хихикал, прикрывая рот ладошкой.

— Айден, ты был великолепен. Про «злую Арин» — это был экспромт?

— Она меня вчера за ухо дернула, когда папа не видел, — буркнул он, мгновенно посерьезнев. — Сказала, что, когда станет хозяйкой в доме, я уеду в закрытый пансион для трудных подростков.

Внутри меня что-то неприятно кольнуло. Ах ты ж кукла фарфоровая… Значит, сиротку в пансион, мужа в могилу, а сапфиры в шкатулку?

— Значит, так. — Я наклонилась к мальчику и заговорщически подмигнула. — В пансион поедет ее чувство собственного достоинства. А ты, если хочешь, можешь начинать выбирать, какую кондитерскую мы ограбим на обратном пути. Нам обоим нужно заесть стресс.

Милад

— Ваша светлость, звонят из дома леди Арин. Выражают глубочайшие соболезнования.

Я оторвался от отчета по академии и поднял взгляд на Корвина. Точнее, на то место, где Корвин обычно стоял. Сейчас там был лакей с лицом человека, который только что узнал, что его переводят работать в конюшни.

— Соболезнования? — переспросил я. — Кто умер?

— Никто, ваша светлость. Соболезнования по поводу… инцидента. С ее светлостью.

Я замер. Инцидент? С Юэль? Опять?! А впрочем, разве я ждал чего-то иного?

— Что случилось?

— Леди Арин, — медленно произнес лакей, осторожно подбирая слова, — позволила себе неподобающее поведение. Удар по рукам, толчок в бассейн… Ее светлость упала в воду. Промокла и сильно расстроена.