Книга Вдохновение с побочкой, или Через строчку – в другой мир, страница 10 – Юлианна Клермон

Удивлённо скосила глаза на мужчину: он включил мне подогрев сидений? Удивительная забота от такого ледяного и безэмоционального человека.

Когда машина остановилась у центрального входа, Разумовский даже не посмотрел на меня.

— Выходите. Надеюсь, хоть отсюда не опоздаете, — холодным тоном произнёс он.

Я открыла дверь, выбралась наружу и, прежде чем захлопнуть её, украдкой бросила взгляд в салон. Мужчина вопросительно приподнял бровь, а я ещё раз пробормотала: «Спасибо».

Он отреагировал в своём излюбленном стиле – никак, сразу убив все неясные симпатии, какие только смогли возникнуть за этот короткий период времени.

Я сделала шаг назад, и машина тут же сорвалась с места, свернула в сторону и скрылась за поворотом, направляясь к подземной парковке.

Я выдохнула и наконец позволила себе расслабиться.

Ну и утро.

День прошёл в привычной рутине. Работа, офисные задачи, пара споров с коллегами по поводу мелочей, которые абсолютно не имели значения, но как-то умудрились вызвать бурю эмоций.

И больше никаких эксцессов, никаких сюрпризов.

В общем, это мог быть один из множества скучных дней, если бы не одно «но» – странное ощущение, которое я никак не могла отогнать, и мои мысли, постоянно вертящиеся вокруг утренней сцены с начбезом.

Этот взгляд, когда он смотрел на меня на остановке и момент, когда его дыхание чуть не обожгло мою кожу. Трудно поверить, но я реально чувствовала себя странно, как будто бы он оставил какой-то след в моей голове, который никак не стирался.

Такое не должно было происходить. Разумовский и я — это две параллельные прямые, которые никогда не пересекаются. Мы — антиподы. Он — строгий, суровый, безэмоциональный и всегда на высоте. Я — нервная, неугомонная, всегда старающаяся выкрутиться из любой ситуации. Мы как две стороны одной монеты. И я совершенно точно не ожидала, что монета вдруг может стать на ребро. Или даже, как в том анекдоте про алкоголика, который бросит пить, только когда подброшенная монета зависнет в воздухе. Так вот, моя монета зависла в воздухе!

Спускаясь вечером в лифте, я почему-то чувствовала непонятное напряжение в теле. Мандраж. Как будто всё предсказуемое, обычное, уже позади, а впереди — встреча с тем, кто снова перевернёт мой мир вверх тормашками. Странно, но я вдруг ощутила, что, возможно, хочу столкнуться с ним в фойе и увидеть его нечитаемый взгляд, когда он потребует мою сумку на проверку.

Я не могла понять, почему думала об этом? Почему мандражировала в предвкушении? Ведь мы так часто с ним спорили, что иногда я так и вовсе уставала от его вечных упрёков и надменности.

Наверное, просто в обеденное время нужно обедать, а не морочить себе голову и чиркать в блокнот очередные идеи по развитию сюжета книги.

Придя к этому абсолютно нелогичному выводу, я вышла в фойе и...

Что, думаете, у входа стоял начбез собственной персоной?

Ага, фигушки. Не было его.

К моему горькому разочарованию. Как ни странно.

Марго

Далеко от дороги мы не ушли.

Где-то вдалеке ещё слышались испуганные крики крестьян, а лес уже снова жил своей жизнью – солнечные лучи пробивались сквозь густые кроны, золотыми бликами играя в зелени листвы, и звонкие трели птиц сливались в живую симфонию.

Казалось бы, работа сделана, но Алексис вдруг снова напрягся.