Книга Ромашка для Горыныча, страница 92 – Юлианна Клермон

Горин что-то шепчет мне на ухо, но я не слышу, понимая только, что сижу у него на коленях, крепко прижатая к его груди.

Внезапно в лицо брызжет холодная вода. Истерика захлёбывается, я затыкаюсь на полуслове и смотрю на Алину.

— Думаю, так будет лучше, — говорит она, ставя на стол пустую кружку. — В общем, вы тут оставайтесь, а нам пора на пары. Рит, пошли.

Всё ещё всхлипывая, вытираю лицо руками, смотрю, как тихо закрывается дверь за девочками, и поворачиваюсь к парню.

— Егор, — тихо сиплю, потому что голос не слушается. — Что теперь будет? Тебя арестуют?

Из глаз скатывается несколько слезинок.

Он гладит меня по волосам, прижимает голову к плечу и укачивает, как ребёнка.

— Никто меня не арестует, — отвечает спокойно. — А попробует вякнуть, сам отправится в места не столь отдалённые. За ним тут уже не один грешок водится. Стоит только пройтись по общежитию, и с десяток заявлений можно будет собрать.

Отстраняюсь от Егора и внимательно смотрю ему в глаза.

— А почему все молчат?

Горин пожимает плечами.

— Боятся. Он тут половину общежития запугал.

— А вторую половину?

Егор усмехается, смотрит на мою опухшую щёку и слегка проводит по ней пальцами.

— Вторую половину есть, кому защищать. И знаешь, ромашка, — он пронзительно смотрит мне в глаза, — я так понимаю, что защищать тебя на расстоянии у меня получается плохо. Да и ты, несмотря на мои просьбы, всё равно пытаешься решать проблемы самостоятельно…

Он многозначительно замолкает, а я сглатываю и опускаю глаза. Мне нечего сказать. Я в очередной раз оттолкнула Егора, пусть и из лучших побуждений… Но он всё равно пришёл и защитил, и заткнул всем рты… В который раз? Уже, наверное, без счёта…

— …Поэтому, — продолжает Егор, — у меня только два варианта: либо ты переезжаешь ко мне, либо я переезжаю в общежитие.

Вздрагиваю и ошеломлённо смотрю на Егора. К такому варианту развития событий я не готова. Боюсь, сейчас у меня будет повторный нервный срыв.

— Не надо так шутить, Егор, — качаю головой. — Я к тебе переезжать не буду. Мне ещё не хватало сесть на шею вам с бабушкой… Да и вообще, не слишком ли рано ты предлагаешь такое?

— Тогда, — усмехается Егор, — как иногородний житель, я имею право на койко-место в общежитии. Примешь меня в соседи?

Самое важное для меня — это то, что Горин поверил мне. Не Олегу с его грязными фантазиями, а именно мне. И это при том, что у меня не было никаких доказательств.

Позже Егор рассказал, что ему позвонил Игнат. Именно от него он узнал о том, что произошло накануне. Игнат пересказал версию, озвученную Олегом, но Горин всё равно не поверил и примчался в общагу.

После того, как я немного успокоилась и привела себя в порядок, мы вместе с Егором отправились к коменданту, где я написала заявление на Олега.

Дальше события закрутились так быстро, что я едва успевала за ними следить. Олега забрали прямо из общежития. К тому же, институт принял решение о его отчислении.

Позже выяснилось, что несколько девушек тоже подали заявления, но по общежитию ходили слухи, что сделали это далеко не все, настолько он их запугал.

Но в итоге, ничего серьёзного для него не предвидится — насилия, как ни крути, ни над кем не произошло, а его родители наняли опытного адвоката. Судя по всему, дело закроют как мелкое хулиганство, а Олегу предъявят обвинение в дебоше, и он отделается малой кровью.