Книга Служебный роман: тайна Снегурочки, страница 121 – Юлианна Клермон

Я фыркнула. Всю жизнь полагалась на себя, и принять помощь от кого-то, тем более от мужчины мне действительно казалось чем-то невозможным.

— Яр...

Мужчина вскинул голову и виновато улыбнулся.

— Не дуешься на меня?

— Уже нет, – я пожала плечами и ласково погладила его по руке. – Сегодня звонила Наташка, я ей всё рассказала. Она так счастлива! Сказала, что после работы забежит. Как ты думаешь, у них с Русланом всё серьёзно? Я не хочу, чтобы она ошиблась.

Ярослав переплёл наши пальцы и стал целовать ноготки.

— Надеюсь, что у них всё получится. Во всяком случае, Рус настроен серьёзно.

— Это хорошо, – я села и подтянулась к Яру. – Ты не звонил Валентине Семёновне насчёт дома?

Тихонов притянул меня к себе, ласково провёл по волосам и стал покрывать поцелуями лицо.

— Звонил, – прошептал он между поцелуями. – Мы договорились, что у них есть на сборы месяц. Так что к первому июля будем жить с тобой уже за городом. Кстати, я заезжал к маме и пригласил её к нам на новоселье.

Я испуганно отпрянула и с тревогой посмотрела на мужчину.

— Она... Она всё знает? И как она восприняла? – сердце неожиданно заколотилось в горле.

Яр мягко притянул меня обратно.

— Она всё знает, и она счастлива. Просила передать тебе свои самые искренние извинения, и безумно мечтает познакомиться и подружиться с тобой.

— Странно, – я задумчиво покачала головой. – Как она так спокойно восприняла, что у тебя кто-то есть, и этот кто-то беременный? Извини, но мне показалось, твоя мама – большая собственница.

Хохотнув, Тихонов взъерошил чёлку и, наклонившись ко мне, тихо прошептал:

— Маме сейчас не до моей личной жизни, потому что Константин Эдуардович решил, что двойная свадьба – это отличная идея, и сделал маме предложение.

От удивления у меня открылся рот.

— Так они... вместе? Ты же говорил, что они дружат?

Ярослав пожал плечами.

— Так бывает, что дружба иногда перерастает в любовь. Так что мама в ближайшие годы будет занята не моим воспитанием. Искренне сочувствую Константину Эдуардовичу, – он весело рассмеялся и крепко меня прижал к себе.

— Яр, Яр, подожди, – я отстранилась, уперев ладони в крепкие плечи. – О какой двойной свадьбе идёт речь? Мы даже не назначали дату. Ты опять за меня всё решил?

Мужчина чмокнул меня в губы и покаянно произнёс:

— Это не я, это всё мама! Она сказала, что жениться надо поскорее, пока невесте можно выбрать абсолютно любое платье. Поэтому, Снегурочка, готовься – восьмого июля ты станешь несвободной, и уже никогда и никуда от меня не сбежишь! Даже на северный полюс!

Закатила глаза и, скользнув пальцами по шее, потянула мужчину на себя.

— Нет, мой милый ревизор, это ты теперь от меня никуда не денешься! И даже не надейся!

* * *

В столицу я не поехала. Упёрлась всеми конечностями и осталась в родном городе, встав на учёт у той самой милой заведующей гинекологическим отделением.

— Раз так, – сказала она строго, – значит, будете меня слушаться как мать родную. Шаг вправо, шаг влево – побег, прыжок на месте – провокация!

А что я? Я только счастливо кивнула.

В июле мы с Яром переехали в новый дом, а через неделю там же сыграли весёлую и шумную двойную свадьбу.

Мы с Анной Дмитриевной действительно подружились, и стали часто встречаться, обсуждая необходимые покупки для новорождённого. Яр опять обратился к своему знакомому, Юре Савичеву, и тот предложил неимоверный по своей красоте проект обустройства детской, который мой муж, не став откладывать дело в долгий ящик, принялся тут же реализовывать. И уже к концу августа детская была полностью готова.