Книга Стерва для ботана, страница 103 – Юлианна Клермон

— А может, завтра соберёмся? — надувает губы Снежка. — Ты нас уже почти неделю динамишь.

Садимся и достаём конспекты.

— Ага. Каждое слово приходится клещами вытягивать, — поддакивает Алеся, понизив голос и оглянувшись на одногруппников. Но все заняты своими делами, и на нас не обращают никакого внимания.

— Что у вас там происходит, не рассказываешь. А нам вообще-то интересно, — не унимается Снежка.

— Девочки, успокойтесь, — хмуро осаживает их Милка. — Что вы хотите услышать? Как Элина Глебу градусник суёт и аспирином пичкает?

— Ну почему? — фыркают они. — Не только про аспирин. Ты же нам про Горыныча всё рассказывала.

— Про Горыныча рассказывала, а про Глеба не расскажу, — строго смотрю на них, и разговор угасает.

А следом звенит звонок.

После пар в общагу последние дни по понятным причинам я не хожу — у меня дома Глеб один. Но сегодня на большой перемене случайно сталкиваюсь с Батончиком.

Паренёк испуганно отскакивает, а потом, запинаясь, попросит передать Глебу, что зачёт по экономической теории перенесли со вторника на завтра.

С Зориной шутки плохи. Это я ещё по себе помню. На редкость принципиальная тётка. Опозданий на свой предмет не терпит, а на зачётах требует ответы, максимально приближённые к конспектам.

— Слушай, Бат… — осекаюсь. — Прости, не знаю, как тебя зовут. Ты во сколько в общаге будешь?

— В четыре, — мямлит он. — Я — Максим.

— Отлично, Максим. Я зайду, заберу конспекты Глеба. Хорошо?

— А… я… меня не будет, — он вжимает голову в плечи.

— Как это? Ты же только что сказал, что будешь? — приподнимаю бровь.

— А я там… это… А там Стёпа будет. Я ему скажу, чтобы убрался… — он говорит всё тише и тише, окончательно съёживаясь.

— Понятно. Скажи ему, что я приду в половине пятого, — киваю и догоняю ждущих меня девчонок.

Замечательно. Заодно попрошу этого Стёпу собрать хоть пару футболок и ещё какого белья для Глеба — он же так и не привёз свои вещи. Постельное и один комплект домашней одежды не считается.

— Элин, — шепчет Милка, когда мы уже сидим на социологии, — так у вас всё серьёзно? Или нет? Мне-то сказать можешь?

Киваю.

— Это как понять? — прищуривается она.

— Это «да» на все твои вопросы. Тихо.

— Класс, — резюмирует она и замолкает.

В обед пишу Глебу, спрашиваю температуру и напоминаю про таблетки.

«Тридцать шесть и девять, — приходит ответ. — Про таблетки не забыл». И смайлик с высунутым языком.

«Врунишка», — вставляю хмурый смайлик.

«Тебе — никогда», — и фото градусника.

Хм. Действительно тридцать шесть и девять. Это же замечательно.

«Значит, готовься к зачёту. Завтра Зорина будет вас всех… кхм», — смайлик со взорвавшимся мозгом.

Получаю в ответ смайлик, который отдаёт мне честь, и убираю телефон в карман.

После пар девчонки собираются пообедать в кафе, но у меня нет времени, поэтому быстро иду в общагу, здороваюсь с вахтёршей, изредка киваю знакомым. Это для Глеба я — самая обыкновенная. А здесь я всё ещё стерва. Или Снежная королева. Для кого как.

Поднимаюсь на пятый этаж. Стучу. Мне открывает Степан.

— Привет, — прохожу в комнату. — Мне нужно забрать конспекты Глеба. Соберёшь?

Он держит в руках битком набитый мусорный пакет и смотрит на меня как на исчадие ада. Да, запугала я их знатно. Зато хоть прибрался.

— Так соберёшь? Нет? — подбавляю в голос холода и приподнимаю бровь.