Книга Не Альфа волчьей стаи, страница 185 – Ольга Сурмина

А Кайзер долго таращился в потолок. Медленно моргал, иногда думал о чём-то странном — вроде кода для последнего приложения, над которым работал, или вроде своего пианино. Он давно не играл, хотя хотел. Давно не работал, хотя тоже хотел. И раз жизнь начала налаживаться, то, наверно, можно начать. Как раз будет чем себя занять между семейными пикниками.

Нолан хотел семью. Хоть и никому здесь об этом не говорил.

Четыре с половиной года спустя

Туман стелился по земле, густой и вязкий, как и всегда. Под огромными лапами хрустели сухие ветки деревьев. Снег в лесу уже сошёл, пахло сыростью, но уже намного меньше, чем пару недель назад. Дни казались удивительно долгими, только-только наступил апрель, а на небе всё чаще появлялось розоватое солнце и яркие весенние звёзды.

Он лениво брёл по давно знакомому маршруту. Размахивал тяжёлым, угольно-чёрным хвостом, возвышался среди деревьев, как подвижная шерстяная скала. Как волк, который почему-то был в шесть раз больше, чем волк, а то и больше. С чуть сутулой спиной, но со спокойным, даже слегка ленивым взглядом. Иногда он останавливался, недоумённо нюхал следы, смотрел по сторонам. Вроде бы никого. Значит, всё чудесно. Значит, никакого лишнего напряжения.

Рядом с ним шла миниатюрная белая волчица, больше похожая на лису. С ровной, густой, блестящей шерстью, крупными милыми ушами. Со стороны казалось, она была высотой с половину от его ноги, но ни его, ни её это не смущало.

Они часто гуляли здесь вдвоём, как стражи. Когда огромный зверь ложился на небольшой поляне возле какого-то камня — белая волчица ложилась вместе с ним, прямо туда, где был его живот. Там было теплее всего. Монстр тыкался в неё носом, затем клал рядом с ней свою огромную вытянутую голову.

В полнолуние никто из них не мог вернуться домой в силу природы, так что они просто бродили. Иногда сталкивались со стаей, иногда заходили глубоко в лес. Когда на время становились людьми — купались в холодной лесной реке. Брызгали друг на друга водой, потом смотрели на луну до тех пор, пока глаза становились мало похожими на человечьи.

Наверно, можно было сказать, что всё казалось лучшей жизнью, о которой Нолан только мог мечтать. Два тёмных шприца так и остались у него дома в столе, как знак чего-то жуткого, что могло случиться, но не случилось.

Безумия. Бешенства.

А ещё они сохранились как надежда на то, что всё можно будет изменить, если внезапно что-то пойдёт не так. Но время шло, а «не так» всё никак не наступало. Напротив, мужчине казалось, что спустя многие месяцы новой жизни туман окончательно рассеялся.

Он перестал слышать детский смех и неловко, невольно вздрагивать от неожиданности и рефлекторного ожидания от самого себя внезапного помутнения. Однажды помутнения кончились. И однажды придёт тот день, когда он окончательно забудет о них как о страшном сне.

Под лапами по-прежнему раздавался хруст валежника. Далеко впереди показалась знакомая трасса, а ещё дальше — знакомая крыша. Уже рукой девушка, которая меньше десяти минут назад была милой белесой волчицей, теперь спешно натягивала на тело белое платье с длинным рукавом. Через пару минут она взяла из того же плотного пакета, который лежал рядом, мужские джинсы и протянула их мужу.

— И рубашку ещё надень, — со слегка укоризненной улыбкой пробормотала она.