Книга Не Альфа волчьей стаи, страница 166 – Ольга Сурмина

— Она тянет время! — рявкнул Тод. — Стреляйте! Если сейчас взойдёт луна, и он станет чудовищем — кто-нибудь из вас умрёт! Мы не сможем защитить всех! Стреляйте, пока есть такая возможность!

— Я не буду стрелять в дочь Йорферов, — сказал кто-то из мужчин, прищурившись. Кто-то из остальных медленно ему кивнул. — Я ещё не настолько выжил из ума, чтобы стрелять в юную девочку, которая защищает своего мужа.

— Сейчас этот её муж переродится, потом откусит голову ей, а потом тебе! — бесновался волк. — Очень благородно, блядь! Из-за своего благородства ты сам сегодня можешь не вернуться к своей дочери! Есть здесь менее благородные мужчины, у которых есть яйца нажать на курок, чтобы спасти всю деревню⁈ Есть или нет⁈

— Марлен, отойти, — с жутким взглядом прорычал Кайзер, хотя жена продолжала сжимать его запястья. — Отойди в сторону. Сейчас.

— Ни за что, — она поджала губы. — У них серебряные пули, я видела. Я отойду — и они тут же тебя пристрелят. И только попробуй меня откинуть — не отпущу. Ни за что не отпущу. Буду болтаться у тебя на предплечье, как тряпка, пока не сдохну.

Нолан ошарашенно вскинул брови. Губы, казалось, дрогнули.

Он не помнил, чтобы его по жизни хоть кто-то так отчаянно защищал. Своей жизнью. Даже без доказательств, что он никого не убивал. Без уверенности в этом — ведь… у него самого не было этой уверенности. Кайзер сам не знал, убил ли кого-то в бреду, или всё-таки нет. Стал монстром окончательно или пока что нет. Попросту не знал. Как и не знал, что сейчас думать.

Возможно, ему даже проще было бы умереть. Мрачно усмехнуться, поднять руки и принять случайный выстрел. Всё бы моментально закончилось. Больше не нужно было бы бороться, не нужно было бы обвинять себя, ненавидеть, бояться.

Но почему-то мысль о том, что его жена будет рыдать над его холодеющим трупом, моментально вытесняла все эти порывы. Он был не лучшим мужем, если не сказать — худшим. Нолан был хорошим режиссёром поведения, вполне хорошим тактиком и стратегом, но никогда — мужчиной, который мог бы стать чьей-то радостью. Чьей-то заслуженной любовью. Но он всё-таки стал — и теперь это хотелось оправдать. И если она хочет, чтобы он жил, значит, он будет жить. Он просто обязан жить. Обязан научиться контролировать свой путь, плывя по течению бесконечной реки безумия.

Быть может, безумие не так уж и страшно. Это просто часть хаоса нашего мышления, которая однажды вышла из-под контроля. Но контроль не всегда утрачивается безвозвратно.

— Девочка, — кто-то из вооружённых жителей попытался выдавить из себя некое подобие улыбки. — Тебе сложно поверить, что ты любишь опасное чудовище. Так бывает. Но потом ты подрастёшь — и всё поймёшь. И потом ещё «спасибо» скажешь, что мы тебя от него избавили! Отойди в сторону, милая, это не твой бой. Не твоя судьба, не твоя жизнь. Он убийца. Не связывай себя с убийцей. Не вставай между ним и судебным приговором. Отойди. Я прошу тебя.

— Это не приговор, это произвол! — закричала Йорфер. — Считаете, что самые умные тут⁈ Вас накололи, как первоклассников! Вас используют как инструмент казни! Очнитесь! Когда кто-нибудь из вас проснётся новым монстром — плакать будет поздно!

Тут же раздался выстрел. Девушка вздрогнула и замерла — что-то пролетело возле её лица и врезалось в дерево позади. В стороны полетели куски коры, а в древесине застряла светлая пуля. Похоже, у стрелка тряслись руки — он целился в голову Кайзера, но стрелял весьма поспешно.