Книга Не Альфа волчьей стаи, страница 111 – Ольга Сурмина

Но, по иронии, её никто не любил. Так тоже бывает. Возможно, чаще, чем можно было бы подумать.

«Ты — не Альфа», — горело где-то в глубине души. «Но ты самый-самый лучший. Почему ты самый лучший? Почему я — такая дура? Ты же ко мне почти ничего не чувствуешь. И я должна от тебя уйти».

«Но, может, сегодня… только сегодня, совсем чуть-чуть. Только сегодня ты снова до меня дотронешься. Так, будто я — самое желанное, что есть в твоей жизни».

Девушка влетела в ванную и едва не поскользнулась на чистом белом кафеле. В последний момент она схватилась за бортик ванной — но тут же почувствовала на своей талии напряжённые горячие руки. Даже не успела попытаться закрыть дверь.

Эти руки сразу начали задирать ей халат. Пошло массировать бледные ягодицы, болезненно их сжимать. Нолан даже не пытался быть ласковым — но Йорфер и не рассчитывала на ласку. Она рассчитывала заставить его что-то почувствовать. И рассчитывала увидеть его сырые эмоции. Ощутить их на своей коже.

— Строптивая. Стерва, — с перекошенной улыбкой повторял мужчина. — Мне нравится. Мне очень нравится. Хочешь снова попробовать меня ударить? — Он в очередной раз с силой сжал ягодицы, оттягивая в сторону ткань хлопковых трусов. — Давай, покажи характер. Попробуй послать меня.

— Что, проснулся мазохизм, Нолан? — она схватила его предплечья и тяжело выдохнула. Как всегда — железные руки. Как всегда — их невозможно убрать в сторону, из них невозможно выбраться. — Терпеть тебя не могу. Ненавижу, — дыхание сбивалось. Самое лживое «ненавижу» в её жизни.

— О, нет, — улыбка становилась ещё шире. — Просто… как забавен контраст между твоими словами, действиями и твоим лицом, которое я в скором времени увижу. Между лицом, между стонами. Смотри мне в глаза. Чувствуй. Знай, что это я. И кроме меня у тебя никого не будет. Никогда.

Марлен вновь почувствовала на ягодицах его руки. Почувствовала, как в кожу впивались ногти — не до крови, но достаточно ощутимо, чтобы её проняла лёгкая, острая боль. Он не хотел царапать, но хотел оставить следы — как знак принадлежности. Обладания.

Через пару секунд Нолан схватил её за плечи и резко поставил на колени — послышался удар о холодный кафель. От адреналина немели кончики пальцев, каждый новый удар сердца оглушал. Что-то внутри плавилось, натягивалось, ожидало продолжения. Того момента, когда у него окончательно лопнет терпение. Когда даже остатков контроля больше не останется.

— Я не буду тебе сосать, отбитый маньяк. Ненавижу, — она попыталась развернуться, взять его за пояс и дёрнуть в сторону. Дыхание продолжало учащаться.

Мужчина зарычал, схватил провод — зарядку от электробритвы — и стал связывать им девичьи руки. За её спиной, чтобы больше не мешала. Или… не пыталась мешать. Кайзер уже не совсем понимал: игра это или нет. Но пока чувствовал запах, пока слышал сладкие вдохи — не собирался останавливаться.

Он итак плохой.

Он — хуже некуда.

В следующее мгновение Йорфер сама дёрнулась в сторону, пытаясь подняться, но вместо этого поскользнулась и опять оказалась на холодном кафельном полу, который едва не обжигал после чужих прикосновений. Руки так и были намертво стянуты проводом. Она вновь попыталась подняться, но встать без их помощи — не получалось. Девушка старалась опереться ногами о гладкий кафель, вот только ступни просто обречённо скользили по скользкой поверхности.