Книга Под прицелом бывшего, страница 32 – Виола Волконская

Леша остановился, держа меня за талию. Его рубашка прилипла к телу, обрисовывая мышцы. Волосы были мокрыми, прилипшими ко лбу. Он выглядел диким, первобытным и невероятно красивым. Леша притянул меня к себе так сильно, что между нашими телами не осталось ни миллиметра воздуха. Его губы нашли мои в хаосе дождевых капель.

Это был не тот нежный, осторожный поцелуй из оранжереи. Это был взрыв. Горячий, влажный, отчаянный. Язык Лёши требовательно вторгся в мой рот, исследуя, завоевывая. Мои пальцы впились в его мокрые волосы, притягивая его еще ближе, если это вообще было возможно.

Дождь барабанил по нам, холодил кожу, но внутри нас горел пожар. Каждый поцелуй был как удар молнии. Мы целовались, забыв о мире, о машинах, о том, что промокли.

Когда он наконец отстранился, чтобы дать нам обоим вдохнуть, мы тяжело дышали, наши лбы соприкасались. Вода стекала с его ресниц, попадая мне на щеки, словно слезы.

— Ты моя, — прошептал он.

Я кивнула, не в силах говорить. Сердце колотилось где-то в горле.

— А ты мой, — выдохнула я.

Лёша усмехнулся, и эта улыбка осветила мрачный дождливый вечер ярче любого солнца.

— Тогда бежим в машину, — сказал он, беря меня за руку. — Пока трусы ещё сухие и мы не замёрзли. Хотя... - он окинул меня взглядом, полным огня, — мне кажется, я готов согреть тебя любым способом.

Мы побежали к машине, смеясь и хватая ртом воздух, оставляя позади танец под дождем. Но вкус этого поцелуя, смешанный с вкусом дождевой воды, остался со мной навсегда.

* * *

Лето наступило с солнечными буднями и запахом библиотеки. Школа превратилась в улей: конспекты, пробники, бесконечные повторения формул. Стресс висел в воздухе густым туманом, но для меня он был лишь фоном. Главным событием недели стали соревнования Лёши по ММА.

Я знала, что он тренируется, видела синяки на его руках, слышала, как он иногда жаловался на боль в плече после спаррингов. Но видеть его в деле мне предстояло впервые.

Спортзал местного клуба боевых искусств гудел от голосов. Запах пота, резины и дезинфектора бил в нос. Я нашла место на трибуне, стараясь слиться с толпой болельщиков. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно даже здесь.

И вот он вышел.

Лёша был в черных шортах и без футболки. Его тело выглядело иначе, чем в обычной одежде: каждое мышца была напряжена, рельефная, опасная. На лице маска сосредоточенности. Никакой улыбки, никакой нежности. Только холодный расчет хищника.

Бой начался резко. Его соперник был крупнее, агрессивнее, пытался взять силой. Лёша же двигался как вода: уклонялся, скользил, выжидал. Я смотрела, затаив дыхание, когда он получил первый удар в ребра. Глухой звук удара заставил меня вздрогнуть. Но Лёша даже не поморщился. Он лишь прищурился, и в его глазах вспыхнул тот самый темный огонь, который я уже знала.

Через минуту все закончилось. Лёша провел молниеносный бросок, перевел бой в партер и зафиксировал удушающий прием. Соперник постучал по мату. Судья остановил бой.

Лёша поднялся. Грудь тяжело вздымалась, по лицу тек пот, но он выглядел победителем. Он поднял взгляд на трибуны, и увидел меня. И хотя расстояние было приличным, я почувствовала этот взгляд физически. Тяжелый.

Он кивнул мне, едва заметно, и ушел в подтрибунное помещение.