Книга Вниз по темной реке, страница 136 – Карен Одден

— Вот смотрите: четыре года назад доктор Форсайт диагностировал у пациентки камень в почке. — Репортер ткнул пальцем себе под ребро. — На самом деле у больной случился аппендицит. В итоге женщина умерла. Сразу возник вопрос: не был ли Форсайт пьян во время вызова? Так или иначе, дело замяли. Поверенный Форсайта — Бартоломью Гриффитс — прожженный малый.

Нетрудно представить, как доктор Форсайт клянется на Библии, пытаясь спастись от тюрьмы и необходимости продавать практику. Я быстро просмотрел статью, однако Том в своем коротком пересказе не упустил ничего важного.

— Какой вы молодец, Том, — похвалил его я, но репортер лишь отмахнулся.

Так или иначе, помогая мне, сил он приложил немало. Пинтой эля тут не обойдешься, а я привык платить по своим долгам. Пришлось рассказать все, что мне было известно к сегодняшнему дню, взяв с Тома слово, что он пока не станет использовать полученные сведения. Я пообещал, что на днях сообщу кое-что еще.

Флинн проводил меня до выхода и свистнул, подзывая кэб. По пути я пытался встроить содержание статьи в уже имеющиеся данные. Проехав в наступающих сумерках мимо собора Святого Павла, я дошел в своих рассуждениях до поверенного, Бартоломью Гриффитса.

Откуда мне известно это имя? Я терзался до самого Уайтхолла, пытаясь поймать мысль за хвост. Вышел из кэба, так ничего и не надумав. Стоит прекратить попытки: в конце концов все вспомнится само собой.

Весь день во рту у меня не было ни крошки, так что пришлось заглянуть в паб, где я умял кусок мясной запеканки и на сытый желудок направился в Ярд. В кабинете Винсента стоял Миллз. Инспектор обернулся, увидев, что Винсент бросил взгляд в дверной проем.

— Какие новости? — спросил шеф.

— Нат никакого отношения к убийствам не имеет, — с ходу сообщил я. — У него алиби на весь интересующий нас день. Есть два свидетеля.

Я передал Винсенту записку с именами барменши и Дика, куда вписал еще и адрес «Золотого рога».

— А мне удалось встретиться с отцом четвертой жертвы, — рассказал Миллз. — Он в ярости, что мы до сих пор не поймали преступника. Распекал меня минут десять, прежде чем мне удалось вставить хоть слово.

— Его дочь была замужем? — поинтересовался я.

— Помолвлена. Ей исполнилось восемнадцать, жениха зовут Дейвид Кобб. Читает историю в университете.

У меня невольно мелькнуло предположение, что Кобб может быть связан с поклонником Джейн Дорстоун — Сэмюелем Гордоном или, допустим, с братьями Роуз, обучающимися в Кембридже.

— В каком именно?

— В Ориэле. Это колледж в Оксфорде. Конечно, отец Эммы Монтут говорит, что Дейвид тут ни при чем. Отозвался о нем как о «слабовольном простофиле».

Миллз презрительно изогнул губы, изображая гримасу Монтута.

— Чем он сам занимается?

— Монтут — настоящий джентльмен, — фыркнул инспектор. — Коллекционирует искусство, состоит в железнодорожном совете.

— Как выяснилось, что Эмма пропала?

— Довольно странная история, — ответил Миллз. — Остальные три жертвы исчезли ближе к ночи. А мисс Монтут отправилась в книжную лавку в районе полудня, потом планировала зайти к модистке.

И в самом деле, отличия налицо. Возможно, преступник просто пользовался подвернувшейся возможностью — тогда график предыдущих нападений (каждый вторник по телу) был лишь случайным совпадением.