Книга Вниз по темной реке, страница 128 – Карен Одден

— Как ваша фирма вышла на этот контракт? — спросил я, усевшись удобнее.

— Заявки на конкурс подали три строительных фирмы, и месяц назад объявили результат. Мы победили. Материалы уже заказаны — кое-что везут из Уэльса, остальное из Италии. В начале следующего года начнем работы.

— Какие фирмы с вами конкурировали?

— «Томас Кьюбитт» и «Уолтер Энгстром». — Приложив пальцы к вискам, Тергуд добавил: — Энгстром был в ярости. В прошлом году он реставрировал «Греевский инн» — одну из трех других школ подготовки барристеров. С другой стороны, его компания взяла два новых подряда на работы в отелях Мейфэра, так что без дела не сидит. Да и у Кьюбитта заказов больше, чем он может осилить.

— Могли ли владельцы этих фирм прийти в такое негодование, что решились бы причинить вам вред?

— Сильно сомневаюсь. Наше участие в этом проекте — дело случая. Что уж говорить обо мне… Энгстром вообще не склонен к жестким поступкам, да и Кьюбитт не из той породы. Его страсть — проектирование. Какой из него убийца…

— Допустим, — прервал я молодого человека. — Дело в том, что меня сейчас интересуют любые возможные связи с рекой.

— Понимаю, — подавленно отозвался Тергуд, — однако ничего больше в голову не приходит.

Я и сам приуныл, но сделал еще одну попытку:

— Не закупаете ли вы строительные материалы у «Болдуин»?

— Разумеется. Да и не только мы. «Болдуин» — один из крупнейших лондонских поставщиков балок.

— Бывают ли у вас контракты от министерства внутренних дел?

— Иногда, — с несчастным видом ответил молодой человек. — Скажите, когда примерно вы докопаетесь до мотива убийства?

— Мы все ближе к разгадке. В любом случае вам не следует винить себя в смерти Роуз.

Тергуд тяжело сглотнул, и я продолжил:

— Еще вопрос. Не знаете ли вы случайно кого-нибудь по имени Элейн? Может, у Роуз была такая подруга?

— Никогда не слышал, — помотал головой собеседник.

Иного ответа ожидать не приходилось; я продолжал блуждать в потемках.

— Можете никому не рассказывать о нашем разговоре? — попросил я, поднимаясь с кресла. — Мы не хотим, чтобы в обществе гуляли дикие домыслы, — это лишь затруднит расследование.

— Разумеется.

Мы попрощались, и, ступив на порог, я оглянулся. Тергуд смотрел в пустоту с печальным и безнадежным выражением лица. Грусть словно состарила его сразу на десяток лет. А еще он был озадачен — словно ребенок, столкнувшийся с бедой, которой не в силах противостоять.

Я мог бы рассказать молодому архитектору, что в детстве потерял мать, которую любил больше всего на свете, что способен понять его горе. Только поможет ли Тергуду мой рассказ? Вспомнилась глубинная, опустошающая боль, подступавшая к сердцу в ночных кошмарах; проблески надежды при виде любой женщины, хотя бы отдаленно похожей на мать. Хотелось закричать, завыть, даже умереть, когда я полностью осознал, что мама не вернется.

И все же чувства были настолько свежи, что я точно знал: никаких слов не хватит, чтобы утешить молодого человека.

* * *

Наступил полдень. Эддингтона дома в такое время наверняка не будет. Полистав записную книжку, я нашел название банка, где служил поклонник Джейн. Банк «Центральный» на Ньюгейт-стрит — прямо под стенами собора Святого Павла — находился совсем недалеко. Я вышел на набережную и свернул в северном направлении.