Книга Под скорбной луной, страница 78 – Карен Одден

Я тяжело выдохнул. Уже не первый раз пожалел, что не могу убедить Дойлов перебраться поближе ко мне или просто в другой район. Ма твердила одно и то же: у них здесь вся жизнь — и лавочка, и церковь, и друзья.

— Почему ты мне сразу не рассказала?

— А что ты сделал бы? Это как раз был день после крушения «Принцессы Алисы»! К тому же они не собирались причинять мне вреда.

В тот раз — не собирались… Я перевел взгляд на запястье Элси и снова посмотрел ей в глаза.

— Ма знает?

— Нет. — Девушка вскинула голову. — И ты ей не говори. Ничего хорошего из этого не выйдет.

— Не буду. Но обещай меня известить, если такое еще раз повторится. И домой заходи через вход в лавочку.

— Я так обычно и делаю.

— Скажешь ма, что меня видела? — попросил я, натягивая пальто. — Буду думать над тем, как помочь твоему брату.

Судя по тому, что рассказала Элси, уход Колина из банды пойдет Дойлам во благо.

— Конечно, Микки. — Она протянула мне шляпу. — Спокойного тебе вечера.

Я остановился, положив ладонь на ручку двери. Элси стояла рядом, приготовившись запереть за мной замок и забаррикадироваться.

— Хорошо, что удалось тебя застать. — Я обнял ее за плечи и чмокнул в макушку. — Ради бога, будь осторожна.

Она кивнула, и я вышел на лестницу. Шагнув на третью ступеньку, услышал, как Элси возится со стулом.

Ужасно, что ей приходится принимать подобные меры…

Моя работа, особенно в Ярде, сводила меня с людьми из самых разных слоев общества. Преступный мир действует круглые сутки, и потому я на удивление хорошо знал, как следует правильно одеваться утром, днем и вечером, чтобы не ударить в грязь лицом в лучших домах. Едва Белинда заикнулась о том, что неплохо бы мне посетить один из ее приемов, я тут же наведался на Сэвил-роу. Поручив себя заботам умелого портного, поклялся, что не буду спорить и даже глазом не моргну из-за цены. В первом я преуспел, однако мастер, выставив счет, поморщился при виде моей гримасы.

Попав домой, я помылся, оделся и взял кэб до Белгравии, вспомнив вечер несколько месяцев назад, когда стоял в тени могучего платана за воротами дома Белинды. За день до того мы серьезно поругались, и я пребывал в самом жалком состоянии. Наблюдал, как экипажи, прибывая к ее крыльцу, выгружают элегантно одетых пассажиров. Дверь открывалась не меньше дюжины раз, выпуская в ночь аккорды струнного квартета. Потом она захлопывалась, и у меня в душе возникало щемящее чувство, что я теряю нечто очень ценное.

Впрочем, сегодня прятаться в тени не придется. Я приглашен, только вот неизвестно, насколько получится задержаться на званом вечере — слишком беспокоили мысли о Колине. Вряд ли мне в подобном состоянии удастся долго поддерживать светскую беседу. Объяснения Элси дополнили ту картину, что сложилась у меня после нескольких обрывочных фраз Колина. Теперь, составив себе мнение о происходящем, я готов был снова переговорить с мальчишкой и считал, что на этот раз справлюсь лучше.

Пришел я рановато и все же решил постучаться. Дверь открыл лакей Коллинз. Слуга церемонно поклонился, словно видел меня в доме чуть не каждый день, и принял пальто и шляпу.

— Я доложу мисс Гейл, что вы прибыли.

Из гостиной донесся низкий приятный голос Белинды:

— Простите, Стивенсон. Мне следовало сказать об этом раньше. Мистер Уэллс решил отложить поездку в Манчестер ради сегодняшнего вечера, и мне хотелось бы посадить его рядом с мисс Годдард. Нет-нет, по левую руку. К миссис Уоллес он совершенно равнодушен.