Книга Под скорбной луной, страница 33 – Карен Одден

Ротерли точно взбесится. Наша с ним нелюбовь была взаимна, так что он воспримет мое назначение как личную обиду и угрозу своим полномочиям.

— Могу поинтересоваться почему? — спросил я.

— Боюсь, случай на Темзе связан с крушением поезда в Ситтингборне.

Я запнулся на полуслове.

Мне подобная связь в голову не приходила. Однако обе катастрофы унесли жизни обычных лондонцев — и простых, и состоятельных, которые решили совершить увеселительную поездку к морю.

— Понятно… — вздохнул я, откинувшись на спинку стула. — Считаете, что это звенья одной цепи? То есть несчастный случай исключается?

Лицо Винсента приобрело бесстрастное выражение, однако я знал, что это свидетельствовало лишь о его предельной озабоченности.

— Под одним из вагонов сработал заряд динамита, — наконец ответил он. — Похоже, его использовали, чтобы повредить железнодорожные пути. Этот факт выявили лишь вчера, когда закончили разбирать обломки. В подобных случаях расследование становится прерогативой Хоум-офиса и Ярда, а не только железнодорожных следователей и комитета по крушениям.

— Динамит… — тупо повторил я.

Винсент не хуже меня знал, что раздобыть динамит в Англии могли лишь члены Ирландского республиканского братства. Взрывчатку им поставляли фении, являвшиеся родственной организацией Братства в Америке. Ситуация там серьезно отличалась от нашей. Члены Братства в Штатах свободно собирали деньги на дело независимости Ирландии и выступали открыто. После завершения гражданской войны они завербовали в свои ряды тысячи ветеранов с воинскими навыками и доступом к оружию и взрывчатке. Дошло до того, что использование динамита стало фирменным знаком Братства; ни одно из других движений к нему не прибегало, чтобы не вносить неразбериху.

Мое сердце дало сбой при мысли, что за железнодорожной и речной катастрофами могли стоять ирландцы.

— Братство приняло на себя ответственность за преступление?

— Нет. — Директор вновь нахмурился. — Однако, Корраван, вы ведь помните взрывы в Эдинбурге полтора года назад?

— Помню. В течение двух недель их было четыре.

— А предшествовало им несколько месяцев учащения насильственных преступлений в Каугейте, — напомнил Винсент.

Kayгейт, ирландский квартал Эдинбурга…

Я встревоженно заерзал на стуле.

— Так вы считаете, что рост насилия в Уайтчепеле и крушение в Ситтингборне связаны? И случай с «Принцессой Алисой» в том же ряду?

— Вы не можете не признать, что модель одна и та же, — ответил директор. — Похоже, Стайлз считает, что преступления в Уайтчепеле — дело рук «Каменщиков мыса», а не ИРБ. Однако, учитывая, что участившиеся преступления сеют страх среди лондонцев, «Каменщики» вполне могут действовать сообща с Братством.

Я замолчал, обдумывая аргументы Винсента. Сомнительно, что Маккейб пытается таким образом привлечь к себе внимание. Да, и в его шайке, и в политическом движении Братства сплошь ирландцы, однако вряд ли они заодно. Но и отвергать подобную версию нельзя; все же я многого не знаю.

— Буду иметь в виду эту гипотезу, — неохотно сказал я. — Однако, насколько мне помнится, в Эдинбурге никто не погиб. Взрывы-то произошли в пустых лавочках и в церкви. Несколько раненых — и все. Похоже, у Луби была единственная цель — показать, на что он способен. Что же касается Ситтингборна и «Принцессы Алисы» — здесь совсем другой размах и другие последствия.