Книга Тайна Скарабея, страница 113 – Татьяна Ван

Я лежала, повернувшись лицом к картине. Работа восхитила меня: она была прекрасна и безумна. По щеке соскользнула слеза. Было горько расставаться с ней вот так внезапно – это как умирать в тот момент, когда разобрался со всеми внутренними демонами.

— Хочу жить, – сорвалось с сухих губ, и я провалилась во мрак.

1

Женю обдувал порывистый ветер, когда она шла в Академию художеств по Благовещенскому мосту. Над Питером нависли серые облака – к вечеру обещали грозу. Пахло пылью и выхлопными газами, а от повышенной влажности футболка и джинсы неприятно липли к телу.

Дойдя до старинного здания, Женя бросила взгляд на часы.

«Надеюсь, Ян Матвеевич сможет меня принять».

Она на мгновение задержала взор на сфинксах и отворила массивную дверь Академии.

Как оказалось, профессор ее уже ждал – он предупредил охранников, чтобы те пропустили Евгению Кац. Поэтому, показав документы, она прошла к кабинетам преподавателей. Найдя нужный, Женя постучалась.

— Войдите, – послышалось из-за двери.

Ян Матвеевич поднял голову от бумаг и посмотрел спокойно – будто заранее знал, кто пришел. Но через мгновение по его лицу скользнула тень озабоченности.

— Женя! Господи, да ты вся бледная!

Он вскочил, обогнул стол, усадил Женю на стул и поспешно налил воды. В его глазах плескалась надежда, смешанная с горечью.

— Пей, – требовательно сказал он.

— Спасибо, – кивнула Женя и с радостью осушила весь стакан.

Она с интересом осмотрелась. Кабинет Яна Матвеевича выглядел так же, как и кабинет любого другого преподавателя вуза: стол, заваленный бумагами, несколько стульев, шкаф с документами, три картины на стене. Из чуть приоткрытого окна доносился шум машин. Пахло пылью и дорогим мужским парфюмом.

— Я сделала, как вы сказали, – проговорила Женя, наблюдая, как мужчина берет стул и садится рядом с ней. – Произнесла то, что вы написали. И…

От воспоминаний о жизни Дебры нестерпимо хотелось плакать. Мужчина тут же налил еще воды и предложил успокоительное, но она отказалась.

— Если я сейчас выпью успокоительное, то упаду у вас в кабинете и усну, – неожиданно для себя хохотнула Женя. – Оказывается, я не спала трое суток. Все это время рисовала и не могла остановиться… Объясните, что со мной произошло? Каким образом я слышала голос Дебры… Как вы вообще узнали о ней, о ее картине и… и при чем тут я? Почему вы пришли именно ко мне? Голова кругом…

Не выдержав, Женя зажала рот руками и разрыдалась. Она не успела выплеснуть все чувства дома: едва поняла, что Дебра закончила рассказ, оделась и выбежала из квартиры.

Пока Женя плакала, Ян Матвеевич молчал и похлопывал ее по плечу.

— Ты поверишь во все, что я расскажу?

— После того, что со мной случилось, – да. Это ведь все было по-настоящему? Не мой бред? Я не сошла с ума?

— Ты полностью здорова. – Ян Матвеевич встал со стула и, тяжело вздохнув, подошел к окну.

— Ну?

— Ты веришь в реинкарнацию? – Профессор повернулся к Жене. Он смотрел на нее с небывалой серьезностью, будто сейчас решалась дальнейшая судьба всего человечества.

— Никогда не думала об этом, – призналась она.

— Представь, что это правда. Душа человека продолжает жить после смерти его телесной оболочки. Представь, что можно вернуться на землю в новом воплощении.

Женя глотнула еще воды. Мысли в голове путались, внутри царило оцепенение.