Книга Барон нарушает правила, страница 43 – Евгений Ренгач

— Соглашусь. Способность и в самом деле неприятная!

Я попытался прикинуть, как я могу взломать её ментальную защиту, когда понял, что делать что-то уже поздно.

Установленный заранее ментальный блок сработал, как только она потеряла сознание.

Так что теперь девушка была мертва.

Испепели меня драконье пламя! Бесцветный и в самом деле всё продумал.

Он, конечно, терял людей. Одного за другим. Но и я ни на шаг не приближался к разгадке!

Оставив труп Серой, я отправился дальше.

Минут через десять услышал шум и отправился к его источнику.

Оказалось, что Ростоцкий и охрана Академии нашли ещё одного убийцу. По камерам увидели подозрительного типа и сейчас загоняли его в ловушку.

Им оказался довольно мощный огневик. Он поливал всех вокруг потоками огня, но люди Ростоцкого упорно зажимали его в тиски.

Меня огневик не заметил. Этим я и воспользовался.

Перехватил кинжал и метнул его рукоятью вперёд.

Всё сработало, как я и планировал.

Рукоять ударила его по лбу, и парень тут же вырубился.

Когда мы к нему подошли, он был уже мёртв.

Ментальная защита сработала безупречно.

— Отличный бросок, Ястребов! — похвалил меня Ростоцкий.

— Благодарю. Он, случайно, ничего не говорил?

— Ничего осмысленного. — Ростоцкий пожал плечами. — Только сказал, что его зовут Красным.

Я кивнул. Это и требовалось доказать!

Всё-таки их привычка представляться здорово помогает. Всегда знаешь, с кем имеешь дело!

Доберусь до Бесцветного и обязательно спрошу, почему они это делают. Должно же быть какое-то объяснение!

Поиски членов Калейдоскопа продолжились.

Мы потратили около трёх часов, но никого больше не нашли. Ни камеры, ни поисковые артефакты, ни мои сенсорные способности не показывали ни следа присутствия в Академии чужаков.

— Кажется, всё… — Ростоцкий с облегчением вытер пот со лба. — Фух… Никто не пострадал! Повезло.

— Ага. Но охрану я бы на вашем месте не снимал. Просто так, на всякий случай.

— Ну это само собой!

Я отправился в свою комнату.

Алмазов, разумеется, давно дрых.

День был нереально долгий, и сил на то, чтобы раздеться, у меня уже не было.

Прямо так, в одежде, я бухнулся на кровать и заснул.

Спал я как убитый. Будильник проигнорировал — было настолько лениво, что его за меня выключил Кыш.

Утренние занятия я пропустил и проснулся только ближе к обеду.

И то не по своей воле.

Мой мобифон сходил с ума. И, судя по надписи на экране, мне звонила Настька.

Проигнорировать сестрёнку я не мог.

— И что такого серьёзного у тебя случилось⁈ — недовольно буркнул я.

— Максим, помоги! — Приглушённый Настькин голос раздался в трубке. — На нас напали! Скорее, помоги!

Связь прервалась. Раздались короткие гудки.

Я вскочил с кровати. Сна не было ни в одном глазу.

Какие-то гады посмели напасть на мою семью.

И я не собирался оставлять их в живых.

Когда ректор Императорской Академии Вениамин Викторович Баринов получил сообщение о вторжении членов Калейдоскопа, он был далеко за пределами города, на приёме у одного из самых влиятельных чиновников страны.

В Академию он отправился сразу, но всё равно не успел. К его прибытию все члены Калейдоскопа были мертвы, а следы их пребывания в Академии тщательно зачищены.

Всё, что ему оставалось, — это сидеть в кабинете, хлебать из бутылки коньяк и, конечно же, орать на Ростоцкого.