Книга Неос, страница 82 – Ян Бадевский

Одеться — без шансов.

В полу образовалось шестигранное отверстие, через которое Тимур влетел в компенсатор.

Крышка люка срослась.

Обновился лог заданий.

Пристегнуться к ложементу. Включить автоматическую подстройку. Войти в корабельную сеть, проверить боеготовность истребителя.

Аналогичные ситуации отрабатывались в симуляторах. Поэтому Тимур действовал на автомате.

Компенсаторы «Анубиса» отличались от тех, что были установлены на орбитальных шаттлах. Военные отказались от фиксирующего поля на случай поломки генераторов. Вместо этого применялся сверхпроводящий наногель с переменной твердостью. Капсульные колонии нанитов не контролировались корабельным разумом и обладали полной автономией. При необходимости капсула могла превращаться в гибернатор и погружать своего пассажира в глубокий криогенный сон. Тимур изучил спецификации и обнаружил, что в корпуса этих штуковин встроены медицинские системы, позволяющие восстанавливать оператора чуть ли не по частям. Разум во время сложных операций с оболочками перемещался в индивидуальный блок памяти. Это, конечно, не бессмертие. Пилоты выживали в случае частичного повреждения и даже разгерметизации носителей. А вот в случае прямого попадания плазменной торпеды шансы вернуться на Калорику в добром здравии равнялись нулю.

Тимур отдал мысленный приказ, и через микрошлюзы в капсулу начал закачиваться наногель. Выглядело это так, словно открылись кингстоны древнего корабля, и в трюм хлынула густая темно-серая жижа.

Невесомость скрадывала направления.

Тимур не ощущал собственного веса, не видел разницы между «верхом» и «низом». Обычная субстанция оторвалась бы от ложемента, разлетелась шарами-каплями по компенсатору, попыталась бы забить дыхательные пути человека. Наногель вел себя противоестественно. Струи вырывались из шлюзов, отращивали тонкие ножки, изгибались и нащупывали ровную поверхность. Сползали по гладким стенкам капсулы, сливались в серые кляксы и комковатые бугры. Вскоре сверхпроводящая масса затянула поверхность ложемента, обозначив некое подобие горизонтальной плоскости. Наноботы стали выбрасывать отростки, охватывать ноги и руки человека, змеиться по запястьям и щиколоткам. Толстое щупальце обвило пояс оператора. Ощущение было такое, словно по коже струятся потоки жидкого металла.

Пилот напрягся, когда отростки потянули его в серую гущу.

Тело с хлюпаньем погрузилось в оживший кисель.

Шестьдесят секунд.

Наноботы приковали пассажира капсулы к ложементу. Поверхность сломалась в нескольких местах, формируя нужные углы. На зрительный нерв вывелись цифры обратного отсчета.

59.

Ожили нейровыводы.

Тимур почувствовал готовность к подключению и незамедлительно нырнул в локальную сеть корабля. ИИ принюхался к психотипу абонента и одобрил коннект.

Перед глазами Войтицкого развернулась тактическая матрица. Виртуальная схема «Анубиса» с точками входа операторов, гнездами истребителей, вооружением и системами жизнеобеспечения.

Режим визуализации.

Темный тоннель, ощущение скоростного спуска, яркая вспышка. Расширение сознания, смена восприятия. Тимур Войтицкий перестал быть собой, его разум раскрылся в бесконечность.

Он — «возмездие».

Элитный безынерционный истребитель, готовый ринуться в бой. Легкое волевое усилие — и машина начинает тестировать себя, оценивать обстановку, проверять уровень топлива и полноту боекомплекта.