Книга Неос, страница 58 – Ян Бадевский

Он сидел в барах нижней кольцевой зоны, всюду разбрасывал наножучков, устанавливал ретрансляторы. Сплетал незримую локальную сеть, следящую за каждым шагом подозреваемых. Впитывал информацию, прогонял через фильтры, выводил самое ценное в дополненную реальность. Неспешно анализировал.

Подозрения усиливались.

Чужак представлялся разными именами, а переговоры предпочитал вести в вирте.

У погружался в миры, порожденные фантазией эмиссара.

Вот они сидят в ночном клубе «Лампа». Каждый — в своей комнате. На первом ярусе разворачивается безумие закрытой вечеринки. Грохочет музыка, танцуют полуголые тела, темные дизайнерские пространства затапливаются ультрафиолетом. Выше — массажный салон, кальянная, скрытый в клубах пара хаммам. Третий уровень отведен под ВИП-апартаменты, куда разрешен доступ только владельцам клубных карт. «Лампа» находится в престижном районе геокупола — в самом его центре, под безжизненными лучами голографического солнца и зацикленными облаками от крутых ландшафтных дизайнеров. Вокруг простирается одноэтажная застройка — частные дома с собственными газонами и садовыми участками. Пригород, внедрившийся в сердце инопланетного мегаполиса.

Впрочем, геодезики Динкена с трудом тянули на мегаполисы. В Сумрачном Пузыре проживало десять тысяч человек. Скромная цифра по земным меркам.

Эмиссар скрылся в элитной зоне.

Вейшенг У зарезервировал рабочий кабинет на несколько часов, отказавшись от услуг массажисток.

Официально проституция на Динкене была под запретом. Даже в болванках и синтетических оболочках. Даже с подселением в чужие тела и договором раздельного пользования — практиковалось и такое. Оцифрованным сущностям грозили реальные сроки в VR-тюрьмах с погружением конфискованного тела в криосон. До десяти лет, если верить официальным порталам. Поэтому владельцы борделей называли свои заведения эросалонами. Парни и девушки оказывали «массажные услуги», облачаясь в фирменные болванки — красивые и сексуальные. Присутствовали как стандартные внешности, популярные на дальних рубежах, так и эксклюзивы для избранных. Массажистки работали руками и телом, сосредоточившись на скольжениях. Администрация «не поощряла» любые проникновения, вот только камеры в апартаментах никто не устанавливал. По понятным причинам. Девушка спала с гостем за дополнительную плату, отстегивая треть своей «крыше». Среди клиентов изредка встречались копы. Если массажистку ловили с поличным, администрация открещивалась от своей подопечной и всё валила на «личную инициативу».

У не понимал сути запрета проституции. В мире, где доминировало оцифрованное сознание, тела считались заведомо вторичным материалом. Дождливый мир не был колонизирован религиозными фанатиками. Оставалось лишь одно разумное объяснение — власти хотели ограничить межтелесный трафик, чтобы лучше контролировать сомнительных пришельцев.

Рабочих кабинетов в «Лампе» было немного.

Два, если быть точным.

Вейшенг расплатился в авторегистраторе смарт-браслетом — геодезики упорно отказывались принимать мысленные транзакции. Поднялся на второй этаж по спиральной лесенке и двинулся вдоль коридора, ориентируясь по указателям, транслируемым системой.

Кабинет оказался крохотной каморкой без единого окна. Дверь открывалась прикосновением ладони. Голосовые команды позволяли вырастить койку с ниточными нейрокабелями для входа в вирт. Из локалки открывался доступ в глобальную инфосеть, но для этого требовалось пройти идентификацию — админы были помешаны на приватности.