Книга Атлантика, страница 33 – Ян Бадевский

Дома Гавани рухнули в черноту.

Чувствуя, как сердце проваливается в бездонный колодец, Денис ухватился правой рукой за выпуклость поручня.

Губы Кротова скривились в усмешке.

Аэромобиль набирал высоту, превращая город в игрушечную диораму. Впервые Денис увидел Гавань с высоты птичьего полета.

Вокруг простиралась черная громада океана.

— Тут недалеко, — сообщил Кротов.

И вогнал в пол педаль газа.

Закатное солнце провалилось за горизонт, и мир укутался тьмой. Какое-то время Денис мог видеть освещенные фонарями улицы Гавани, лучи прожекторов на стене и сигнальные огни кораблей, стоящих на рейде. Потом все это растворилось во мраке, а над головой засияли звезды. Стекло кабины позволяло рассмотреть небо во всей его необъятности. Рисунок созвездий показался Денису смутно знакомым. Он плохо разбирался в астрономии, но сумел рассмотреть очертания Скорпиона и выделить на небосклоне яркую точку Антареса.

Аэромобиль разогнался до сумасшедшей скорости и поднялся на высоту в добрых двести метров. Шум моторов и вой ветра, обтекающего корпус, в салон не долетали. Похоже, технологии в мире Пустыря шагнули далеко, вот только не все смертные имели к ним доступ.

— Я думал, у вас нет авиации, — сказал Денис.

Вербовщик пожал плечами.

— У кого-то нет.

Денис промолчал. За последние недели устоявшаяся картина мира неоднократно переворачивалась в его голове. Похоже, ничему нельзя верить. Даже историческим фактам.

— Это не авиация, — заговорил Кротов после секундной заминки. — Просто автомобиль с турбореактивным приводом. Мы называем эти штуки аэрокарами. Потолок высоты — семьсот метров. Дальность полета на половине Маха — около шестидесяти километров. Ничего особенного.

Денис хмыкнул:

— В моем мире таких игрушек нет.

— В твоем и мути нет, — резонно заметил Кротов.

Аэрокар тихо скользил над океаном. Неправдоподобно большая луна расстелила серебристую дорожку, вдоль которой двигалась машина.

— Куда мы летим? — спросил Денис.

— На базовый модуль.

— Что это такое?

— Сейчас увидишь.

Других комментариев не последовало, и Денис решил набраться терпения. Он понимал, что число Маха, связанное со скоростью звука — вещь относительная. Значение характеристики зависит от среды распространения звуковой волны. Если взять за основу 340 метров в секунду, то машина движется…

Быстро движется.

Размышления Дениса прервал голос Кротова:

— Прибыли.

Аэрокар сбросил скорость и пошел на снижение.

У горизонта начала формироваться черная масса, окруженная по периметру бортовыми огнями. Поначалу очертания сливались в прямоугольник, подсвеченный тусклыми фонариками, но аэрокар стремительно приближался к модулю. Прямоугольник ширился, выдвигаясь из фоновой тьмы, обрастал дополнительными нагромождениями, россыпями огоньков, светящимися кружочками иллюминаторов. В небо упирались надстройки, шпили антенн, зловещие громады орудий и ракетных установок. Корабль? Боевая платформа? Денис прежде не слышал о таких плавсредствах. В свете луны сооружение выглядело сюрреалистично — словно обработанный неведомым каменотесом астероид или игрушка сумасшедшего конструктора. Вдоль ватерлинии к корпусу прилепились шарообразные предметы размером с небольшой катер. Рассмотреть детали с такой высоты и под покровом ночи Денис не мог, но ему показалось, что шары имеют абсолютно гладкую, без выступов, поверхность.