Книга Атлантика, страница 137 – Ян Бадевский

— Мы прибудем на место переговоров спустя три дня после них, — констатировал Двойка. — Все вычисления уже проведены, это свершившийся факт. Казалось бы, миссия провалена. Но не стоит забывать о третьей стороне. Посмотрите на карту, точка выбрана не случайно.

Участок с океанской впадиной увеличился в размерах.

— Глубину океана в этом месте сложно определить, — сообщил Двойка. — Никто не проводил замеры по понятным причинам. Вы видите сердце владений мути. Эпицентр, из которого транслируются блупы. Именно отсюда осуществляется общее руководство всеми нападениями мутантов на человеческие корабли и поселения. Мы полагаем, что это глубочайшее место на планете. Превышающее Марианский желоб и другие новообразования. Чаша сформировалась после взрывов водородных бомб, заложенных Советским Союзом. Что-то сдвинулось в земной коре, и мы видим то, что видим.

— Нет данных о глубине? — переспросил Расмуссен.

— Именно, — кивнул функционер. — Обычно эти воды все огибают стороной. Поэтому карты Независимых Армий не лучше наших. Тут попросту нет людей.

— Только мутанты, — прошептал кто-то.

— Суть в том, — повысил голос Двойка, — что создание, отправившее сигнал Конфедерации, поднимется ближе к поверхности. С самого дна. На безопасную для себя глубину. Или на нейтральную. Думаю, все слышали байки о Царе Левиафанов. Так вот, мы предполагаем, что речь идет об этом создании.

— Вы шутите, — ухмыльнулся Кротов. — Царя Левиафанов не существует. Это вымысел, россказни алкашей в кабаках.

— Четверть века, — перебил Двойка, — мы думали так. А сейчас стереотипы разрушаются. Нечто поднимется из темных бездн, чтобы поговорить с посланником Конфедерации. «Чжэн Хэ» совершит погружение и вступит в диалог. Если они договорятся, нам не устоять. Известный вам мир необратимо изменится.

— Левиафан всплывает один? — поинтересовался Бармаглот.

— Нет, — Фишер покачал головой. — Комитет поделился с нами кое-какой информацией. Данными с орбиты и подводных дронов. В тот район стягивается муть. Это передислокация.

— Парламентеры подумали о своей безопасности, — вступил в разговор Вилкас. — Логично.

— Вот что имеем в сухом остатке, — подвел итог Расмуссен. — Маневренный модуль с рельсотроном и ракетами. Прокачанные азиатские мясники. Полчища мути. Царь Левиафанов с неизвестным потенциалом. Операция приобретает самоубийственный оттенок, вам не кажется, функционер?

Двойка смерил помощника капитана насмешливым взглядом.

— Не кажется. И вот почему. Мы тоже расшифровали блупы, полученные правительством Шанхая. И кое-что теперь знаем о будущей встрече. Тварь будет подниматься очень медленно. Неделями или месяцами. У Царя Левиафанов собственные меры длины. Если перевести их единицы в наши, получится около двадцати-тридцати километров. Эксперты еще не пришли к единому мнению.

Тридцать километров глубины.

Сложно представить себе такое.

— Это означает, — продолжил Двойка, — что мы прибудем на место позже «Чжэн Хэ», но раньше мути. И сможем атаковать, не дожидаясь укрепления противника.

— Уже неплохо, — похвалил Бармаглот.

— А как быть с ракетной установкой? — не унимался Расмуссен. — У китайцев огневое преимущество.

— Какое счастье, — Двойка скрестил руки на груди, — что я не поленился оснастить стратолет «томагавками» последнего поколения. Мы поднимемся в воздух и запустим ракеты. А вы, капитан Фишер, активируете рельсотрон.