Книга Пути и Двери, страница 82 – Ян Бадевский

Порт был виден издалека. Штабеля контейнеров, высоченные крановые стрелы, туши грузовых и военных кораблей. Выбравшись на набережную, Унгерт вдохнул полной грудью морской воздух. Ветер взъерошил отросшие волосы. Над заливом носились стриккеры.

Прибрежная суета втянула Унгерта в круговорот людей, грузов, шума и скрежета. Адрес, который ему дали на бирже, совпадал с расположением сектора грузовых операций. Унгерт обогнул нефтехранилище и вышел к административному зданию контейнерного терминала. Вокруг простиралась обширная территория, заполненная разноцветными призмами и кубами с белой маркировкой — всё это здорово напоминало лабиринт из старинных сказок о злых духах. В таком месте легко заблудиться. Впрочем, Унгерта просто так не возьмешь — он привык воевать в условиях ограниченной видимости, когда город превращается в руины и катакомбы, а пыль и дым застилают остатки улиц.

Внутри здания было тесно и шумно. Кто-то толкнул Унгерта плечом и выругался вместо извинения.

Главный логист несколько секунд изучал биржевое направление, школьный аттестат и военный билет соискателя. Унгерт рассматривал своего будущего начальника — грузного человека с сердитым лицом и слегка подкрученными вверх усами. Несмотря на жару, начальник был одет в темный френч, а пуговицы на серой рубашке едва не вонзались ему в подбородок. На краткий миг Унгерту стало жаль чиновника. Низший технократический уровень… Мужчина застрял на полпути между социальным дном и высшей иерархией.

— Мне нужен оператор козлового крана, — последовал вердикт. Документы вернулись к прежнему владельцу. — А еще парочка погрузчиков, но у тебя же нет прав.

— Я справлюсь, — уверенно заявил Унгерт.

— Все так говорят, — хмыкнул начальник.

Воцарилось молчание.

Унгерт посмотрел в окно и увидел шагателя. Самого настоящего — с массивными ногами на ребристой платформе, полноприводными манипуляторами и куполообразной кабиной вместо головы. Машина грузно топала по бетону, гудела сервоприводами, пыхтела и шипела. Руки-манипуляторы ловко обхватывали маленькие контейнеры, отрывали от земли и перемещали их на новое место. Рядом с шагателем выстраивалась пирамида, в которую непрестанно вписывались новые элементы. А потом до Унгерта дошло, что с шагателя были сняты штурмовые клинки, пушки и пулеметные турели. Ветеран никогда не думал, что машину смерти можно использовать столь примитивным образом.

— Нравится? — начальник перехватил взгляд соискателя.

— Модель Т-16, — автоматически выдал Унгерт. — Многоцелевой штурмовик с реверсивным движком. Умеет отступать назад.

— И что? — не понял усатый.

— Пару раз это спасало мне жизнь, — пояснил Унгерт.

Помолчали.

— Вот что, — задумчиво проговорил начальник. — Я вижу, ты разбираешься в этих штуках. Есть приказ сверху — максимально включать военную технику в процесс. Смекаешь? Они не хотят пускать эти машины на переплавку.

Они — это Технократический Кабинет. Элита, из числа которой раз в десятилетие избирается новый канцлер.

Говорят, до Большого Отката планета Унгерта была самой цивилизованной в Дверной Сети. Говорят, именно здесь придумывали все технологии, которыми владели Демиурги. Возможно, и Двери изобретены далекими предками Вебера.

И что же теперь?

Нам потребовалось изобрести машины смерти, подумал Унгерт, чтобы потом выживать с их помощью.