Книга Пути и Двери, страница 118 – Ян Бадевский

Мы едем в относительно стабильный район. Я сам выбрал эту местность — в полном соответствии с потребностями заказчика. Обезлюдевшие улицы, мрачные дома с выбитыми стеклами, никаких фонарей и привычного движения.

Патрулей — тоже никаких.

До границ квартала нас доставил экипаж регента. Мы высадились у пыльной витрины скобяной лавки, распрощались с возницей и углубились в каменные джунгли. Точнее — в лабиринт трехэтажных домишек, некогда ставших приютом для беднейших слоев населения.

Зоя командовала парадом, непрерывно сверяясь с моей картой.

Спускаемся в подвал заброшенного постоялого двора. Парадная дверь сорвана с петель — постарались сопровождающие беглого принца.

— А чего он сбежал-то? — меня вдруг замучило любопытство.

Зоя пожала плечами.

И достала из ножен короткий меч.

— Будь добр — заткнись.

Когда наступил полный мрак и запахло дохлыми котами, Зоя выпустила мышку-люминофору. Зверек пискнул и устремился вдоль линии сквозняка.

Я увидел тоннель.

6

Забудьте всё, что вы знали о Дверях. Там потоки стабилизированы, а мембраны обволакивают защитой каждого путника. Во время перехода из одного мира в другой с вами ничего не может случиться.

Иное дело — маршруты Свифта.

Кто-то называет эти лазы норами, кто-то — коридорами или тоннелями. Все определения неверны. Представьте, что вы спускаетесь в подвал, видите там темную пещеру, входите внутрь на свой страх и риск. Пещера мгновенно вышвыривает вас в неведомую даль. Или наоборот — вы бредете по неосвещенной гладкой кишке, а время перестает существовать. Так люди и попадают в петли. Перемещаются в прошлое или будущее, выпадают из привычной реальности. Хуже этого — только раскрытие дополнительных измерений. Тут вообще ничего предсказать невозможно, если, конечно, вероятности события не вычислены картографом. Вселенная может разрезать вас пополам, разобрать по кусочкам и собрать заново, размножить, превратить в монстра или плоскую фигуру. Я отказываюсь от подобных локаций даже при ничтожной вероятности выхода в многомерье.

Сейчас мне жутковато.

Поспешные вычисления — хуже смерти. В картографии нельзя рассчитывать на авось, потому что второго шанса не будет. Ошибки приводят не к проигрышу в шахматы или потере денег, а к финалу бренной жизни.

Нам повезло.

Пещера не растворилась в вихре искажений, не закольцевалась на себя в бесконечном лабиринте, не пересеклась с норой выползня и не вышвырнула нас на другую планету. На мгновение черная пелена затопила мозг паникой, а в следующую секунду я понял, что Харвест далеко. Очень далеко.

Я не в подвале.

Точка выхода вмонтировалась в колонну громадного здания, напоминающего легендарные постройки Старой Земли. Здание стояло на площади, прямо от моих ног вниз сбегали каменные ступени. Чуть не поскользнувшись на покатой базе, я выругался, но равновесие восстановил. Зоя стояла справа и глядела на меня с легкой иронией. Последним из дыры вывалился наш «балласт». Я придержал парнишку за плечо, чтобы тот не свернул себе шею.

Шумерк — это вам не глинобитная деревня пустынников.

Город набрасывается на случайного визитера, давит своим величием и громоздится по всей периферии зрения. Царство холмов, крутых спусков и подъемов, зеленых террас, вросших в скальную породу фасадов. Кажется, этот город не строили, а высекали. Ну, или выкапывали из древних напластований, сметая пыль лопатками и метелочками. Если на глаза попадается мост, он непременно должен быть арочным, щербатым и поросшим пучками травы. Хотите башню? В ассортименте исключительно зиккураты да шпили минаретов. И еще эти странные штуки с замкнутыми двориками в центре. Если ваше окно выходит в такой колодец, приготовьтесь — там всегда сумерки. И соседи, которые любят совать нос в чужие дела. Откуда я всё это знаю? Помотало по миру в свое время…