Книга Лимб, страница 90 – Ян Бадевский

Мир, которым владели дзуары, превращался в ничто.

Афсати сорвал со стены копье и выбежал в коридор. Из одежды на нем была лишь набедренная повязка, у пояса болтался охотничий нож.

Всюду царила паника.

По галереям носились перепуганные люди, дзуары выбегали из своих комнат с мечами, булавами и тесаками. Слышались голоса командиров, пытавшихся навести порядок в этом хаосе.

— Строиться! — рявкнул Афсати. — Магов ко мне!

Всюду — грохот сапог, бряцанье оружием, ругань и крики на десятках наречий.

Мелькнуло перекошенное лицо торгового представителя.

Афсати протолкался к главной лестнице, связывающей жилой этаж резиденции с приемным залом. Следовало пересечь зал, выбраться в Галерею Статуй, а оттуда переместиться на задний двор — туда, где стояли казармы.

Нужно собрать остатки войска.

Найти командиров.

Организовать оборону.

У основания лестницы случился затор. Мелькнула бесплотная тень, закутавшаяся в текучий балахон, отражающий свет люстр и магических ламп, подвешенных прямо в воздухе. Тварь расчищала себе дорогу наверх широкими взмахами косы.

Жнец.

Афсати видел, как чужак превращает его отборных воинов в фарш. Полотно косы вспарывало пространство без усилий, разрезало тела, доспехи и клинки. Тварь вычерчивала вокруг себя широкие полукружья, а дзуары падали как подкошенные. Воины тщетно пытались уклоняться, блокировать удары, но лишь мешали друг другу в сутолоке. Никогда еще Афсати не видел своих подчиненных в столь беспомощном состоянии.

Расправившись с очередным бойцом, тварь повернулась к Афсати. И лидер Дома с содроганием осознал, что под капюшоном поселился беспредельный мрак. Непроницаемый, словно космос, из глубин которого явились кошмарные пришельцы.

Афсати смотрел на тварь, а тварь — на него.

Глаз у жнеца не было. Лица, впрочем, тоже. Но каким-то непостижимым образом чужак смотрел на лидера и понимал, кто перед ним. Небрежным движением жнец смахнул голову торгового представителя и скользнул в направлении Афсати. Именно скользнул, замещая собой балясины, ступени, изувеченные трупы и саму структуру окружающего пространства. Афсати увидел собственное отражение в серебристом балахоне врага. И не стал ждать. Размахнувшись, метнул копье. Прямо во тьму капюшона — туда, где у обычного человека или дзуара могла бы находиться голова.

Копье исчезло.

Афсати впервые видел, как жнец поглощает оружие. Превращает наконечник и древко в себя.

Лидер взвился в воздух, оттолкнулся от закругляющегося полумесяца мраморных перил и, сделав сальто, приземлился за спиной врага.

Жнец даже не стал разворачиваться. Он перетек в новую форму, вывел дыру капюшона на «затылок» и перебросил косу из одной руки в другую. Тьма изменила конфигурацию и предстала перед оппонентом во всей своей невероятной мощи.

Афсати решил, что перед ним — бог. Или демон. Ничего общего с пришельцами из плоти и крови жнец не имел. Безнаказанно сея смерть, чужак оставался неуязвимым.

Видимо, конец мира близок.

— Пригнись!

Крик прокатился по залу — словно пощечина, вернувшая дзуара в реальность.

Голос принадлежал человеку.

Афсати припал на одно колено, и лезвие косы просвистело там, где только что находилась его шея.

Вслед за этим прилетел огонь.

С гулом, легким энергетическим потрескиванием и опаляющим жаром. Если бы дзуар выпрямился, то сгорел бы на месте. Потому что кто-то швырнул через весь зал пламенеющий оранжевый сгусток, разбрасывающий по дороге искры и языки пламени. Сгусток врезался в божественное существо, и пламя объяло серебристый силуэт, но за краткий миг до столкновения Афсати заметил вереницу сияющих символов, тянущихся к жнецу, словно стайка насекомых. Символы остановили пришельца, вморозили его контуры в пространство, помешали впитывать и переваривать мир. И лишь затем врага добил огненный шар — классическая атака боевых магов Тверди.