Книга Лимб, страница 154 – Ян Бадевский

— Пройдет, — заверил инспектор. — Последствия квантового прыжка.

В голове Ольгерда прозвучал женский голос:

Рады приветствовать вас в Средоточии, посланник. Вопрос о заключении мира с магелланцами находится на рассмотрении правительственных органов. Завтра состоится заседание Координационного Совета. Приглашаем к участию.

Мастер ножей ничего не успел ответить.

— С тебя полный отчет, — напомнил Динмарк, повернувшись к Макгрегору.

— Знаю, — буркнул Наблюдатель. — Через пару часов будет готов.

Покидая звездолет вместе с Рыком, Ольгерд чувствовал себя потерянным. Похоже, он угодил в недра бюрократической машины, заправляющей судьбами миллионов систем. Не исключено, что Земля, Преддверье и Риордан кажутся местным властителям жалкими пылинками на ладони вселенной.

— Выделены апартаменты, — Динмарк сверился с невидимой базой данных. — Это недалеко, доберемся за полчаса.

Их шаги гулко разносились под сводами ангара.

Рык ступал мягко и бесшумно. Впитывал свежие образы каждой клеточкой своего рлочьего тела. Наверное, еще ни один полярный хищник с Преддверья не забирался так далеко.

Зверь проголодался.

— Мы сможем добыть сырое мясо? — спросил Ольгерд.

Инспектор покосился на Рыка.

Сглотнул.

— Разумеется. Ты умеешь пользоваться синтезаторами?

Ольгерд не умел.

Но собирался научиться.

Мастера Канга посадили в кресло-качалку и придвинули поближе к очагу. Погода испортилась, стала промозглой и ветреной. Ночью по склонам хлестал ливень, кое-где сошли грязевые потоки. Всё утро моросил неприятный косой дождь. Так что мастера немного поворчали, но в итоге решили затопить камин.

Дыхание осени коснулось северных земель.

Внизу, у западных предгорий, насупился Трордор. Император, его окружение, высшая знать, ученые и священники, маги и торговцы — все затаились, предчувствуя недобрую развязку. Жнецы неизбежно появятся в городе, разрушат Храм Демиургов и всех перебьют. Нас не защитит могучая императорская армия. Нам не помогут волшебники и мастера ножей. Это конец. Вот о чем перешептывались простолюдины в тавернах, портовые рабочие, ремесленники и зажиточные ростовщики. Кое-кто уже покинул столицу, перебравшись в загородное имение, — подальше от Храма и неизбежной бойни.

Некогда великий город стремительно погружался в атмосферу упадка. На перекрестках проповедовали адепты темных культов, а в подворотнях по вечерам хозяйничали головорезы. Люди забирали деньги из банков, спешно грузились на корабли и браннеры. В сторону мастеров ножей многие смотрели с неприязнью. В нашествии жнецов виноваты Храмы, а мастера связаны с этими Храмами. Как бы причастны ко всему происходящему. Во все времена простой люд мыслил схожим образом.

Гримлиэля проклинали.

Некоторые жрецы предали колдуна анафеме и запретили упоминать его имя под сводами древних святилищ.

Стража не справлялась с разгулом преступности. По вечерам люди боялись выходить наружу, наглухо запирали ставни и сидели по домам, вооружившись кто чем. Каждый день разграблению подвергались ювелирные лавки, конторы ростовщиков, представительства банков и дома состоятельных трордорцев. Людей находили в канавах с перерезанными глотками. Женщин насиловали и убивали. Вековой уклад катился под откос, и никто не смотрел с надеждой в завтрашний день.