Книга Лимб, страница 145 – Ян Бадевский

— Эй! — крикнул Ольгерд.

Звук его голоса отразился от сводов громадного зала, прокатился эхом по лабиринту и утонул в белесой мути.

Видимость сократилась.

Ольгерд протянул перед собой руку и понял, что не может рассмотреть кончики пальцев. Расстояния, ориентиры — всё утратило смысл. Потолочные осветительные панели перестали быть полосами. Мастер наблюдал лишь смутное свечение, с трудом пробивавшееся сквозь водянистую взвесь.

Водянистую?

Туман на миг показался живым. Ольгерд поежился, ощутив на шее и запястьях невесомые прикосновения. Словно тебя ощупывает бесплотная тварь — неуязвимая и беспощадная. Наверное, искусственный туман мог бы растворить путников в своей утробе, втянуть в пористое покрытие и разложить на мельчайшие частицы. Мог бы — но не хотел. Муть исследовала Знающего-на-Перекрестках. Пролезала в складки одежды, вынюхивала что-то в чехлах с ножами, пробовала на вкус чакры и керамбиты.

Рыку тоже досталось.

На ментальном уровне разворачивалось нечто невообразимое. Разум зверя пытались сканировать, а рлок огрызался, ставил блоки, увиливал от вездесущей взвеси.

Если это ловушка, то весьма изощренная.

Накатила паника, которую мастер быстро подавил. Быстрыми взмахами изобразил перед собой руну Тейваз — ту самую, с Риордана. Переделанную Навсикаей для Велиара.

Поднялся смерч.

Воронка втянула в себя белую муть, увеличила скорость вращения и двинулась вперед, расчищая дорогу. В плотной субстанции образовалась прореха, дышать стало легче.

— За мной, — обронил Ольгерд.

И зашагал вслед за порождением рунической магии. Смерч вмонтировался в реальность инородным чудовищем — он протяжно гудел, расшвыривал туманные космы и продолжал наращивать обороты. Ольгерд специально удлинил косую перекладину Тейваза, рассчитывая на мощный эффект. И это сработало.

Ухмыльнувшись, мастер швырнул второй знак себе за спину. Воронка врубилась в туман, но начала двигаться в противоположном направлении. Еще по одной руне вправо и влево.

Муть нехотя отступила.

Последние клочья втянулись в пол и потолочные скважины, которых Ольгерд раньше не замечал.

Рык отфыркивался, недовольно урчал и посверкивал глазами. Лабиринт сразу не понравился хищнику. Не лес, не пустыня, не полярная тундра. Даже не человеческое жилье в привычном понимании.

Ольгерд обвел взглядом помещение, в котором оказался. Квадратный в сечении зал с куполообразным сводом. В одном из дальних углов — спиральная лестница, вросшая в пол и потолок. Похоже, там пробита очередная шахта.

Мастер пересек зал и в нерешительности остановился. Лестница вилась в двух направлениях и казалась бесконечной. Подумав, Ольгерд направился вниз. Просто потому, что спускаться легче.

Рык нехотя пристроился сзади. Ольгерд ощущал в эмпатическом фоне зверя тревогу, настороженность и отвращение. Рлок мечтал покинуть лабиринт как можно быстрее. Не сразу мастер ножей догадался, что лабиринт оказывает психическое давление на своих гостей. С каждым шагом уверенность распадалась на тысячи осколков. Из темных глубин подсознания выплывали первобытные страхи.

Ольгерд замер на полушаге.

Вслушался в звуки шахты. Неразборчивый шепоток, тихий смех, пронзительные скрипы… Глухие удары обственного сердца…

Еще не поздно сменить направление.

Подняться по лестнице двумя витками выше и оказаться в туманном зале. Идея казалась не такой уж плохой. Не спускаться же в этот беспросветный мрак, напоминающий Пенаты Мертвых из легендариума Западной Тверди.