Книга Темное время суток. Фантастический роман, страница 86 – Ян Бадевский

Рамон включил рацию.

— Валик. Ты меня слышишь?

Треск.

— Слышу. Это вы запустили вездеход?

— Мы. Будь осторожен. Рядом урсы и волколаки. Не вздумай открывать люк без моего приказа. Ясно?

— Все понял.

Отбой.

Вездеход резко затормозил.

— Ты чего? – Рамон непонимающе уставился на Кадилова.

— Взгляни на топливный индикатор, капитан.

Никита покосился на приборную панель. Слова были не нужны. Пустые баки – еще один подарок Лайета. Абсолютный ноль.

Мотор заглох.

Рамон попробовал оценить расстояние до «Арктоса». Метров пятьдесят. Кажется, ерунда. Вот только придется брести сквозь метель по колено в снежных заносах. А из полярного мрака на тебя будут смотреть звериные глаза.

Пища.

Вот кто мы для них, подумал Рамон. Пища. Либо кирпичики для расширения ареала.

— Ладно, – Азарод покрепче перехватил топор. – Надо идти.

Рамон жестом остановил некроманта.

— Ты ничего не забыл?

Колдун уставился на Никиту.

— В смысле?

— Кают-компания, дружище. Там лежит труп. Давай-ка, приступай к своим магическим обрядам. Выводи его – пусть прокладывает колею.

— Разумно, – оценил Кадилов. – Голова у тебя варит, командир.

Азарод обрадовался:

— Это можно. Ждите ходячего.

Кадилов выключил свет в кабине.

Сквозь четыре окна внутрь пролез непроглядный мрак. Луч прожектора, вплетаясь в ткань действительности, превращал мир в полотно Босха.

За дверью – невразумительное мычание.

Скребущий звук.

— Пора, – сказал Рамон.

Ефимыч надвинул на глаза тепловизор. Натянул капюшон парки. И стал похож на выживальщика из постапокалиптического слоя. Или на киборга-убийцу из допотопного боевика.

— Двигай, – подбодрил Никита.

Они вывалились в снег.

Вьюга наносила белые штрихи на пустынный холст. Рев ветра заглушал любые звуки. Рамон указал Ефимычу сектор обстрела. И перевел «аграм» в режим фиксированных очередей. С отсечкой по три патрона.

Прямоугольный проем выплюнул порождение фантазии Пикассо. Мертвяк в разорванной одежде, с карикатурными останками головы, начал спускаться по лесенке, булькая и причмокивая. Плюхнулся в снег. Замер, ожидая приказов господина.

Приземлившись рядом со своим порождением, Азарод что-то шепнул на неведомом языке.

Мертвяк медленно побрел к «Арктосу».

Некромант – следом.

Рамон поставил Кадилова замыкающим. Двинулись вдоль луча прожектора. Так, чтобы не слепило. Не успели пройти и десятка шагов, как снежные намети взорвались, выбрасывая укрывшихся перевертов. Со всех сторон обступили, отметил Никита.

Звери не стали мешкать.

Свирепый урс с белой шерстью атаковал мертвяка и Азарода. Чудовищный удар развалил ходячего на две части. Пока медведь разворачивался, некромант взмахнул секирой. Что-то отлетело в снег. Кажется, лапа. Медведь взревел.

А в следующий миг у Рамона появились собственные проблемы.

Волколаки.

С двух сторон.

Выхватив из чехла за спиной обрез, Рамон жахнул двенадцатым калибром по ближайшему оппоненту слева. Правая рука подняла «аграм» и выпустила короткую очередь в смазанную тень на противоположной стороне тропы. Первого оборотня отбросило назад. Второй уклонился от очереди и попробовал зайти со спины. Там его положил Ефимыч.

Осталось четверо.

Массивная кошка, шкура которой отливала черным, попыталась достать Рамона в прыжке. Ее скосила короткая очередь. Кошку бросило в снег, она из последних сил поднялась – и отгребла по хребту руничеким топором.