Книга Перевернутая луна, страница 46 – Ян Бадевский

Ворота приближались.

— Сутки? — переспросила Наоки. — Чему можно научиться за двадцать четыре часа?

— У нас есть магия, — напомнил Тейн. — Доверься профсоюзу, детка.

Пришлось пропустить «детку» мимо ушей.

Покинув территорию комплекса, они зашагали к исполинской тени дирижабля, накрывшей сопку.

— Мы летим на дирижабле?

— Проведем сутки в рейсе, — уточнил Тейн. — Мы не летим в конкретное место, если что. Просто не светимся.

Обучение волшебству на дирижабле в мире, пережившем глобальное потепление. Такое даже голливудским сценаристам не снилось.

* * *

— Доброе утро.

Наоки открыла глаза.

— Ты еще кто такой?

Ее новое жилье здорово смахивало на дешевый гостиничный номер без намека на «звездность». Теснота, предельная функциональность, деревянная обшивка стен. Квадратное окошко иллюминатора. Царство разбушевавшихся дизайнеров-экологов. Даже телевизор, вмонтированный в переборку, лишен пластиковой оболочки.

Под потолком — выпуклая серость плафона.

Наверное, так выглядели бы купола на обратной стороне Луны.

Наоки лежит в постели, укрывшись одеялом до самого подбородка. Одеяло шерстяное, больше смахивает на плед. Ничего страшного — из просверленных в обшивке дырочек поступает тепло. Там скрыты обогреватели, питающиеся энергией от вездесущих солярных панелей.

У изголовья Наоки сидит человек.

Это колдун, звать его Василием. Специалист по обучению во сне, как представил чувака Тейн. На вид — сверстник Наоки. Только глаза очень старые и немного грустные.

— Вспомнила, — Наоки приподнялась на локте и села, скрестив ноги под одеялом. За окном простиралась бесконечная морская гладь. — Василий.

Человек кивает.

Накануне Василий погрузил свою ученицу в глубокий сон, вторгся в него и начал творить вещи, о которых Наоки ни черта не помнит. О способах интенсивного профсоюзного обучения ее предупредили заранее. Пришлось разрешить этому упырю копаться в собственном подсознании — другого пути не было.

Что изменилось?

Она не понимает.

Девушку захлестнула апатия.

На тумбочке закипел чайник. Щелкнула кнопка выключения. Колдун поднялся и на какое-то время исчез из поля зрения.

— Заговоренный имбирь, — услышала Наоки на периферии сознания. — Быстро поставит тебя на ноги.

Василий прятал глаза.

И это Наоки не понравилось.

— Что не так? — она приняла большую керамическую кружку из рук своего одноразового наставника. — У нас получилось?

Пахло имбирем.

И еще чем-то приятным, бодрящим.

— Получилось, — заверил Василий.

— Где Тейн?

— У себя.

Профсоюз забронировал три смежных каюты на палубе первого класса дирижабля «Грета Тунберг», совершающего регулярные рейсы между сопками Мурманска и плавучими европейскими городами.

Наоки прислушалась к себе.

Ничего.

Если она и обладала после вмешательства сноходца какими-то магическими способностями, это не ощущалось. Интересно, что вообще должен чувствовать конструктор тайников? Или боевой маг, или потомок вендиго? Тайна за семью печатями.

Девушка попробовала напиток. По вкусу — обычный имбирный чай. Возможно, с мятой. Жидкость вливается внутрь и приносит… обновление. Энергию, жажду действий. Тягу к приключениям. Целый букет эмоций, не поддающихся описанию.

— Поделишься рецептом?

Василий слабо улыбнулся:

— Непременно.

— Ладно, — Наоки вновь приложилась к горячей кружке. — Рассказывай, что со мной не так.