Книга Ярость на краю империи, страница 105 – Ян Бадевский

Бес молчал.

— Как известно, БТН должны сообщать о подозрительных предметах инквизиторам, — продолжил я. — Но вы молодец, успели дёрнуть за правильные верёвочки. И достичь соглашения. БТН закрыли дело, артефакты осели в недрах Министерства обороны Наска, вашего брата выпустили под сумасшедший залог и подписку о неразглашении. Ещё и взятки приходилось раздавать направо-налево. Извращенец спасён, репутация Рода не пострадала, хотя и немалой ценой. Вы же за этими штуками охотились четверть века, насколько мне известно.

— Дело закрыто, — буркнул де Линь. — Вы ничего не докажете.

— Сюрприз! — радостно провозгласил я. — Существуют архивы! И в этих архивах содержится опись конфискованного имущества. Ну, при задержании вашего братца-садиста. Он там кого-то убил в порыве страсти, вы же в курсе? Но речь не об этом. До архива мои люди смогли добраться. И теперь ничто не мешает мне отправить пакет куда надо. По известному, так сказать, адресу. В Супрему.

Впервые за время нашей беседы у бельгийца дёрнулась щека.

— Больше пострадают умники из Наска, — процедил он. — Артефакты у них.

— Да, но почему бы не вспомнить, как они добыты? — продолжал напирать я. — Ваш родственник-извращенец вовсе не на чёрном рынке эти безделушки покупал. Он организовал рейд в одну из колоний под протекторатом инквизиции. Все, кто участвовал в рейде, мертвы. Вы так думаете. Все, кроме одного господина, с которым мы пообщались, извлекли нужные слепки из его головы… ну, и теперь готовы поделиться сведениями со всеми заинтересованными лицами.

Бес словно окаменел.

— Воровство у инквизиторов… — мой дубль тяжело вздохнул. — Они такое не прощают. Можно и на редактирование судьбы влететь. Я уж молчу про то, что Ганза поспешит избавиться от вас как можно быстрее, де Линь. Чтобы не привлечь к себе лишнего внимания святых отцов.

— Я осознаю последствия! — рявкнул бес.

Проходивший мимо официант испуганно обернулся.

— Конверт и слепки, — подвёл я закономерный итог. — В обмен на выход Ганзы из войны против моего Рода.

— Слепки, — фыркнул де Линь. — Вы передадите их копии. Вычистить оригиналы невозможно, это внедрённые воспоминания.

— Упс, — деланно расстроился я. — Значит, у меня будет страховка на случай, если вы решите меня обмануть. У меня с недавних пор выработалось чувство недоверия к Ганзе. Ещё с тех времён, когда я был вашим клиентом.

Несколько секунд мы сидели в гробовом молчании.

Я практически поверил в то, что председателя ганзетага удалось дожать. Убийство неизвестной проститутки — это мелочь для таких типов, как де Линь. Можно замять. А вот вмешательство инквизиторов… Парней в рясах ничто не остановит. Они сами себе на уме. Тут ведь не Закон Меча нарушен. Тут гораздо хуже. Стащить что-то у Супремы — это опасный прецедент. Вызов. Никакие сдержки и противовесы не спасут.

Глаза бельгийца полыхнули.

Он сделал свой выбор.

— Вот что, щенок, — процедил де Линь. — Никто не может просто так заявляться ко мне и шантажировать на ровном месте. Я сейчас выйду из этого ресторана, поднимусь к себе в кабинет и отдам приказ. У тебя в имении появятся люди. И камня на камне там не оставят…

Мой дубль поднял руку:

— Если.

— Что? — переспросил де Линь.

— Если поднимешься.

У меня всегда есть план «Б».

На горле моего собеседника образовалась красная полоса. Сама по себе. Ну, так это со стороны выглядело. Просто за спиной беса из многомерности вышел невидимый в мимикрирующем комбинезоне Байт Мусаев и технично перерезал лидеру Ганзы глотку.