Книга Шторм в сердце империи, страница 62 – Ян Бадевский

А вот на второй палубе царил переполох. Толпа из примерно десяти человек собралась на носу, рядом с обугленным трупом. В этих скрюченных останках сложно было узнать человека — прыгун наполовину развалился и осыпался пеплом. Над павшим врагом стояла Алеся Новацкая. Между растопыренными пальцами девушки всё ещё пробегали молнии.

— Ты его так? — я вывел стихийницу из боевого транса.

— Долбанула знатно, — прокомментировал Айвазян. — Я даже клинок достать не успел.

— Электричеством? — я прифигел от такого поворота. — А с проводкой что?

— Да ничего, — Алеся уже восстановила привычное самообладание. — Это кумулятивный заряд. Испепеляет человека изнутри.

— Родовая техника? — вырвалось у Чёрта.

— Нет у меня никакого Рода, — нахмурилась Алеся.

— Что вы к девчонке пристали? — к нам присоединилась Ольга. — Расходимся по своим местам.

И тут наступила внезапная тишина.

Звуки сирены стихли.

— Атака отражена, — послышался уверенный голос Демона. — Никому не расслабляться.

— Дуйте в кубрик, — приказал я.

А сам начал подниматься по трапу.

В рубке все выглядели напряжёнными.

— У тебя что, камеры в коридорах? — с порога уточнил я.

— Есть такое, — бросил через плечо Лютый. — Что, врубаем ки?

— Само собой. Мне нужно включить Расширитель.

Демон, не вступая в излишнюю полемику, вернул рубильник на прежнее место.

* * *

Восхождение в стратосферу через многомерное пространство…

Такого опыта у меня ещё не было.

Пришлось поднимать зону ограниченной многомерности, но делать это постепенно — мало ли, какие физические законы я нарушаю.

Бесконечный фрактальный лабиринт прокладывал мне дорогу всё выше и выше.

И да, когда я сказал «медленно», то недооценил силу Расширителя. Подъём занял всего несколько минут, при этом я не ощущал проблем с дыханием, гравитацией, давлением или температурой. Как я подозреваю, эти проблемы возникнут, если выйти из теневого состояния, но я не для этого вливал прорву энергии в артефакт.

Дирижабль, на который я поднимался, предстал в виде навороченного переплетения граней, то накладывающихся, то врастающих друг в друга под самыми немыслимыми углами. Уверен, что сейчас на «стратусе» начнётся паника, ведь я окружил аппарат непроницаемым серым туманом. Который снесёт воздушными течениями, ага.

Заточенный под верхние слои аппарат сильно отличался от прочих воздушных судов, на которых мне доводилось летать в этой жизни. Во-первых, я не смог различить, где в этой конструкции гондола, а где — баллон с газом. В разреженном воздухе парило нечто яйцеобразное с крохотными иллюминаторами в нижней части. О наличии капитанского мостика свидетельствовало круглое окошко в носу. Винты здесь тоже были, но их упрятали в специальные кожухи и сделали поворотными. А ещё я не сразу понял, где тут входные люки или хоть какое-то подобие двери.

Но мне и не нужны люки.

Я способен проникнуть в любой дирижабль через пространственные щели, которых никто не видит.

Телепатическую связь с Мусаевым я сейчас держать не могу, но надеюсь, что мой гвардеец наведёт шороху на втором «стратусе».

Оказавшись внутри, я первым делом снёс голову мужику, всматривающемуся в экран радара. Цеппелин был настолько крохотным в сравнении с нашими десантниками, что рубка и салон тут составляли единое целое. Трюма, камбуза и прочих примет цивилизации тут, естественно, не было. Машинный отсек располагался не в кормовой части, а под полом, и спуститься туда можно было по скобам через узкий люк.