Книга Возвышение на краю империи, страница 33 – Ян Бадевский

Когда я закончил говорить, повисла гробовая тишина.

Через несколько минут прозвучал вопрос Джан:

— Сергей, ты уверен, что мы всё это потянем?

Пожимаю плечами:

— Нет.

Девушка наградила меня пристальным взглядом.

— Тогда почему ты хочешь в это ввязаться?

Я вздохнул:

— Потому что технологии будут развиваться. Огнестрельное и метательное оружие под запретом, но взгляните на то, как эволюционировали мехи за последние двадцать лет. Хотя бы на примере «Витязей».

— Спорить тут глупо, — подключился к беседе Хасан. — Даже на моей памяти из примитивных жестянок эти штуки превратились в мощные боевые единицы. Раньше кинетик не мог управлять машиной и одновременно применять свой Дар. Раньше не было турбированных движков. Коловратов тоже не было. Твоя правда, брат.

— Мы инвестируем в авиастроение, — напомнила Джан. — И это перспективно. Не проще ли скупить больше акций интересующих нас концернов и получать с них гарантированный доход без рисков и вложений?

И ведь не поспоришь.

— Мудрая мысль, — признал я. — Если не думать о том, что мы на этих производствах ничего не контролируем. На своём заводе мы сможем внедрять уникальные решения, которых ещё нет в этом мире.

— В этом мире? — зацепился за ключевую мысль Солодуха.

Переглянувшись с Джан, я ответил:

— Коллективное бессознательное гораздо шире, чем вы думаете. И некоторые технологии можно брать из сновидений тех… кто живёт в альтернативных вселенных. Материалы, узлы, производственные линии.

— Надо полагать, это секрет Рода? — догадался проницательный Невмержицкий.

— Если честно, не думаю, — возразил я. — Уверен, в этих снах промышляют инквизиторы и сильнейшие морфисты влиятельных Родов. Но будет лучше, если эта информация не выйдет за пределы стен моего кабинета.

По сути, я не сказал ничего запретного.

Аналитики Вороновой и без того могли сложить два и два. Никому не известный мальчишка, в совершенстве владеющий всеми типами оружия, патентует изобретения, которые вряд ли разработал сам. При этом я усыновил оружейника и принял в Род девушку-морфистку.

— Кхм, — привлёк к себе внимание Солодуха. — Можно и мне парочку вопросов?

— Для этого вы здесь, Антип Герасимович.

Оружейник бросил взгляд на Невмержицкого и заговорил:

— Насколько я понимаю, у нас есть три оружейника, один из которых маленький мальчик и здесь не присутствует. При этом его мощь впечатляет, должен признать. Но, как вам известно, я работал на «Самоходные системы» и могу поделиться опытом. Начну с того, что военный завод должен быть построен, если мы берёмся за дело с нуля, возле крупных НИИ и центров промышленности. Район также должен хорошо охраняться и географически быть труднодоступным для потенциального противника. Да, прыгуны сейчас летают везде, но нам придётся закладывать отклоняющие линии и приложить максимум усилий, чтобы не допустить на свою территорию геоманта.

— И в чём проблема? — поинтересовался я.

— А в том, — улыбнулся Солодуха, — что Фазис сложно назвать центром науки и промышленности. Обращаю внимание присутствующих на то, что здесь нет подходящих нам инженерных университетов, промышленность преимущественно лёгкая, а все лаборатории принадлежат Дому Эфы. Для ВПК критически важно развитие науки. А здесь её нет. Трубецкие делают упор на торговлю, логистику, лёгкую промышленность, сельское хозяйство и туризм.