Книга Возвышение на краю империи, страница 27 – Ян Бадевский

— Господин Иванов! — Асад изобразил на лице дружескую улыбку. — А вы в своём репертуаре.

Фигуры прыгунов не шевелились.

Значит, господин придержал псов.

— Как видите, у меня даже нет оружия, — ответил я, глядя на спускающегося вниз аристо. — Отзовите своих людей, надо поговорить.

Прыгуны беззвучно растворились в воздухе.

Из неприметной двери под лестницей появилась симпатичная служанка в строгом платье на восточный манер. Не халат, но близко к тому. Сняв ветровку, я передал её горничной.

— Думаю, нам удобнее поговорить в кабинете, — эмир сделал приглашающий жест рукой. — Фрукты и сладости сейчас принесут.

— Благодарю, — я последовал за хозяином, который без страха повернулся ко мне спиной. Опрометчивый жест. Но с другой стороны, все знают, что я убиваю незаметно, и тела всегда прячу. Захотел бы я ликвидировать князя — тот не проснулся бы завтра утром. — А вы не удивлены, как я посмотрю.

Асад добродушно рассмеялся.

— Помилуйте, барон! Ваш визит произошёл точно по графику. Успели посмотреть вечерний выпуск с Гариком Хурмановым?

Я догадался, что Гарик — это ведущий ток-шоу.

— Успел, — не стал отрицать очевидную вещь.

Лестница вывела нас к большой площадке-гостиной, которая служила естественным продолжением холла. Слева, за балюстрадой, висела необъятных размеров люстра. Справа обнаружилось витражное окно. Вся площадка была покрыта ковром, в разных местах разбросаны кресла-мешки.

Князь провёл меня через гостиную.

Дальше был коридор, винтовая лестница и дверь в кабинет. Всюду горели лампы и светильники, при этом они не резали глаза и удачно вписывались в интерьер.

Из кабинета открывался вид на склоны Альпики и станцию канатной дороги.

— Обживаетесь, как я посмотрю.

— А что делать, — князь указал на свободное кресло, а сам обогнул массивную столешницу и уселся напротив. — В Фазисе приходится вести дела довольно часто.

— Эмират не страдает? — участливо поинтересовался я.

— Подумываю о наместнике.

Вроде бы и пустой разговор, но я получил важную информацию. Асад всерьёз прописался на Черноморском побережье, у него здесь свои планы и амбиции. Понятно, что Саманиды — большой и могущественный Род. Нового эмира поставят, и он будет действовать в интересах семьи.

— Мне кажется, в Самарканде сейчас теплее, — заметил я. — Как вам наша зима?

— Холодновато, — нехотя признал эмир. — И влажновато.

В кабинет без стука вошла новая служанка, держа перед собой поднос с яствами. Фрукты, всевозможные сладости, сушёные финики, курага, пастила. Керамический чайник и две пиалы, украшенные восточным орнаментом. Не удивлюсь, если эмир даже любимый восточный сервиз перетащил на чужбину.

Пока девушка расставляла блюда и разливала чай по пиалам, я задумчиво смотрел на огни Альпики. Непогода разбушевалась не по-детски. Мир утонул в грохоте ледяного то ли дождя, то ли снега, рассмотреть было практически ничего невозможно, а светящиеся пятна от фонарей были заштрихованы чёрными росчерками. Небо — сплошная серая мгла, переходящая в мглистую черноту.

Дверь тихо затворилась за служанкой.

— Холодновато бывает в гробу, — я посмотрел в глаза эмиру. — Но мы ещё не дошли до этой стадии отношений.

Улыбка сползла с лица собеседника.

К еде и чаю я не притронулся.

— Барон, вы у меня в гостях, — в голосе князя прорезалась сталь. — Ведите себя подобающим образом.