Книга Возвышение на краю империи, страница 18 – Ян Бадевский

Вопрос в другом.

Он же не мог предвидеть, что я приеду за ним в Шотландию? Вряд ли я имею дело с чёртовым гением, который видит меня насквозь, дозированно сливает информацию и управляет ходом войны? Потому что… если это так, у меня вообще нет никаких шансов против такого умника.

Должно быть простое объяснение.

Джонс не исключал возможность. Если вдруг трость попадает ко мне случайным образом, он что-то там хитрое включает и ждёт результата…

Тоже не стыкуется.

В общем, не факт, что я вообще когда-нибудь узнаю, как он это провернул. Но это и не важно. Потому что сэр Иезекииль свой ход сделал, и на этом у него козыри закончились.

А теперь время моего хода.

— Трость останется в контейнере, — распорядился я. — Можешь убрать в сейф до особого распоряжения.

— Принято, — ответил Бродяга.

Контейнер провалился в пол.

Покинув тайное хранилище, я переместился в личный кабинет. У меня было достаточно времени, чтобы порассуждать о вариантах. Судя по всему, артефакт Джонса был заточен под мою смерть. И если бы я сделал проницаемым себя… вполне вероятно, что эту защиту трость смогла бы обойти. Опять же, я этого никогда не узнаю, но… в мире всё чаще встречаются технологии, позволяющие справиться с теневиками наподобие меня. И ордена убийц, и хитрые артефакты, и навороченная каббалистика… Не такой уж я и всемогущий, если разобраться. Так что пора взяться за ум и перестать верить в свою неуязвимость.

Закрывшись в кабинете, я попросил Бродягу создать телефон.

— Хочу переговорить с абонентом, который мне звонил утром.

— Это Британия, — предупредил домоморф.

— Знаю. Соединяй.

Бродяга — универсальная телефонная компания. Свяжется с любой точкой планеты, причём сделает это бесплатно, мгновенно и безопасно. Главное, чтобы в пункте Б хоть какие-то кабели были проложены. Подземные, подводные — без разницы.

— Приёмная мистера Джонса, — раздался в трубке женский голос.

Разговор вёлся на английском.

— Я бы хотел переговорить с мистером Джонсом. На проводе барон Иванов.

Девушка замялась.

— Видите ли… Мистер Джонс не может сейчас подойти, — вздохнула секретарша. — Он… приболел.

— Настолько сильно? — подпускаю в голос больше сочувствия. — И где он сейчас? Разве не в своём кабинете?

— Мистера Джонса срочно госпитализировали, — последовал быстрый ответ. — Простите, я не уполномочена это обсуждать. Когда он вернётся к делам, я обязательно сообщу, что вы звонили, барон.

— Всего доброго, — вешаю трубку.

Что ж, всё идёт по плану.

По моим расчётам Джонс впадёт в кому через несколько часов. Организм одарённого не справится с токсинами, потому что яд… ну, очень специфический. За подгон следует благодарить мастера Багуса — индонезийцы ценят, любят, практикуют.

Кстати, про яд.

Наверное, стоило бы очень сильно бояться за свою шкуру, поскольку, как я уже отметил, никакая регенерация тут не работает. Если бы не одно «но». Накачка организма осуществляется микродозами, ежедневно, на протяжении пяти-семи дней. Яд добавляется в пищу и напитки, не имеет вкуса и запаха, не вызывает негативных реакций… до поры до времени. А потом — хлоп! Через двенадцать часов после завершения курса — кашель и лёгкое недомогание, через пятнадцать — резь в животе и глазах, слезоточивость, ощущение удушья. Потом жертва парализована. Финалочка — кома и смерть.