Книга Серп и меч на краю империи, страница 74 – Ян Бадевский

Пересекаю бесплотную границу между кухнями, добиваю врага ударом камы в глаз, а труп сбрасываю в подвал. Как и все остальные трупы, оставшиеся за моей спиной. Закатываю поглубже.

Остаётся лишь свернуть налево, обогнуть холодильник, подняться по ступенькам и выйти в прихожую, к двери в санузел. Здесь задумался о жизни ещё один персонаж. Сидит с диким лицом на унитазе, штаны спущены, в руке — клочок туалетной бумаги. Это вражеский каббалист. Тот самый, что бил по моей тачке электричеством и обустраивал другие, весьма изощрённые ловушки. Если я правильно понимаю — последний из тех, кто пытался похоронить меня на протяжении минувшей недели.

— Тук-тук, — сказал я.

Каббалист аж подскочил от неожиданности.

— Заканчивай там, не заставляй меня долго ждать. И руки помой.

Повисла напряжённая тишина.

— Ты кто? — осторожно поинтересовался персонаж.

— Жак-Ив Кусто, — хмыкнул я. — У тебя минута.

В этом мире, что интересно, Кусто тоже существовал. И занимался теми же вещами, что и в моём. С той лишь разницей, что интересовался преимущественно не морской фауной, а наследием Предтеч и затонувшими городами.

Про минуту я пошутил.

Но каббалист справился.

Из соображений деликатности я убрал прозрачность двери, хотя мой собеседник вряд ли оценил щедрость жеста. О возвращении типа в мир людей возвестил звук смыва из бачка.

Я отступил на пару шагов.

Дверь открылась.

Каббалист не сразу понял, что происходит. Меня ведь он не видел от слова «совсем». Поэтому начал озираться и прикидывать, не является ли диалог частью игры воображения.

— Ты где?

— Здесь.

Мужик шарахнулся прочь, но не рассчитал и врезался в платяной шкаф. Ойкнул, выругался и начал пялиться на меня безумными глазами.

— Обычный иллюзион, — пояснил я, наслаждаясь зрелищем. — Ты что, совсем дурак?

— Иванов? — предположил каббалист.

Это был низкорослый толстячок, смахивающий на Колобка. В брюках со стрелками, белой рубашке и вязаной жилетке. Так выглядят бухгалтеры и завхозы, но уж точно не одарённые третьего ранга.

— Возьми печеньку, — сказал я. — Руки чистые?

Мужик здорово струхнул.

Начал догадываться, что я здесь не просто так.

А самый прикол хотите знать? Этот персонаж носил имя Василий, а фамилию — Пупкин. Я специально уточнил, так и есть! Официально, по паспорту. Единственный русский, остальные жили за пределами страны. Хотя и имели наши корни, ага.

— Пупкин, у меня мало времени, — я решил сразу приступить к делу. — Все, кто были с тобой, умерли. Трупы показать не могу, я от них избавился. Или тебе принципиально?

Каббалист сглотнул.

И промямлил:

— Не… не принципиально.

Есть вещи, которые меня умиляют. Как устраивать смертельно опасные ловушки, это мы мастера. За деньги, как говорится, да. А как встретишься с объектом охоты, превратившимся в хищника, — сразу поджилки начинают трястись. Ловушка — это ведь не прямое убийство. Ты не видишь глаза жертвы, не рискуешь собственной жизнью. До поры до времени.

— Вот и хорошо. Слушай дальше. Миссию вы провалили, я жив. При этом вся группа рассекречена. Получается, ты лишний свидетель, Пупкин. Смекаешь? Отсюда вытекает, что у тебя два варианта. Первый: я ухожу из твоей квартиры, а ты сваливаешь или пытаешься связаться с Джонсом. С этого момента ты не жилец — он тебя найдёт и закопает. Второй вариант: ты уходишь вместе со мной. Работаешь на меня в качестве каббалиста. По контракту, присягнув Роду на верность.