Книга Страх на краю империи, страница 78 – Ян Бадевский

— А Ярика зачем? — не поняла Джан.

— Он давно хотел на Карибах побывать, — улыбнулся я. — Это, конечно, не Ямайка, но тоже сойдёт.

— Давай серьёзно, — попросила Джан.

— Если серьёзно, то мне может потребоваться боевой морфист. Чтобы вырубить издалека кого-нибудь… очень сильно оборзевшего.

— Погоди, — на лице Джан возникло странное выражение. — Но ведь сейчас конец месяца.

— И что? — я не дорубил, к чему она клонит.

— А то, что надо успеть, — с напором произнесла морфистка.

— Что успеть?

— Заказать и пошить костюм у портного к десятому декабря.

Гадство.

— Только не сейчас.

— А когда? — Джан посмотрела на меня своим фирменным взглядом. Укор смешался с немой просьбой и надеждой. — Если пробудем три дня на острове, ничего заказать не успеем. Хороший костюм за сутки тебе не сделают. Как и платье, между прочим.

В голове пронеслись нехорошие мысли.

— За день никто не успеет прилететь в Фазис и вызвать тебя на дуэль, — Джан добила меня аргументом. — К тому же, я отправлю письмо с отказом лишь завтра, во второй половине дня.

— Чернявские его получить не успеют, — возразил я.

— Никто не отменял курьеров-прыгунов.

Об этом я как-то не подумал.

— Уломала, — сдался я. — Утром поедем в Старый Город.

— Эй! — Федя среагировал мгновенно. — Я с вами.

— Зачем? — я посмотрел на толстяка с подозрением.

— Мне надо Кефира кое-куда отвезти, — признался оружейник.

— Фух. Тогда на «Танке» поедем. А что со школой?

— У нас недельные каникулы, — сказала Джан.

Я попытался припомнить свои гимназические будни. В ноябре каникул у нас не было, зато они были в конце декабря — начале ноября. Совпадали с празднованием Йоля, главного мероприятия адептов культа Древних. Вот они, прелести частного образования. Кто как хочет, так и… Ну, вы поняли.

— Тогда сегодня ночью смотаемся в горы за АРМ, — определился я. — Загрузим эту хрень в приёмный отсек. Процесс быстрый, никто толком и не поймёт, что случилось.

— Надо выспаться, — заявил Федос.

— Я и не спорю, мой ленивый друг. Но ведь мы не в шесть утра едем?

— К одиннадцати надо быть, — сообщила Джан. — Уже назначено.

— А мне назначено на двенадцать, — добавил толстяк.

— Хорошо, — я демонстративно зевнул. — Валите уже по своим комнатам.

— И тебе сладких снов, — Джан обворожительно улыбнулась, погладила меня по щеке и выпорхнула из библиотеки. За дверью послышалась ещё одна настораживающая фраза: — Я за тобой слежу!

Мы с Федей переглянулись.

— Переходный возраст, — глубокомысленно молвил оружейник.

Выспаться толком не удалось.

Около двух часов ночи я отправил Бродягу в горы, упаковал в специальный отсек АРМ, после чего вырубился с блаженной улыбкой на лице. Ничто, как говорится, не предвещало, но… В девять утра зазвонил телефон. Спасибо Бродяге — он любезно материализовал аппарат в моей спальне.

— Какого хрена! — заорал я, прикрывая голову подушкой. — Рань же несусветная!

По плану у меня был день отдыха.

Мышцы разгружались.

— Ты говорил, что звонки от бойцов гвардии и службы безопасности принимаются вне очереди, — невозмутимо ответил домомомрф. — Это как раз такой звонок.

Сон как рукой сняло.

На нас что, нападают?

Выяснилось, что нет. Звонил Матвеич, который всё это время разбирался с артефактами, добытыми на Сицилии. Хотел порадовать меня новостями. Пришлось встать, кое-как привести себя в порядок и по утреннему горному холодку, бодрящему как стая коллекторов, отправиться в дом, который делили между собой несколько неженатых спецов из моей гвардии. Одну из комнат Матвеич превратил в каббалистическую мастерскую. Там, помимо верстака и автономного освещения имелись стеллажи с пластинами для вставок, куча непонятного сырья, инструментов и оборудования. Каббалист встретил меня в фартуке и с увеличителем на одном глазу. Не в курсе, как эти штуки называются, их ещё ювелиры используют.