Книга Пламя у границ империи, страница 112 – Ян Бадевский

— А ты упёртая.

— Чуть-чуть, — принцесса вновь стала улыбчивой и благодушной. — Приятно было с вами посидеть.

Чай она так и не допила.

Фазис тонул в осенних дождях.

На набережную обрушился нехилый шторм, а в центре ливнёвку опять забило. Мне приходилось объезжать некоторые улицы, петляя по дворам и подворотням, чтобы не застрять в очередном «канале». Дважды мне попадались прочистные машины, от которых к скрытым под водой люкам тянулись толстые коричневые шланги.

К обеду заработали тучеразгонители.

Над Змеиными Кварталами и отчасти над Альпикой образовались просветы, но их быстро заполняли новые клочья серости, так что дождь в историческом районе шёл с перерывами, что раздражало ещё больше.

Я въехал в ворота арендованной виллы Строгановых без четверти три и сразу обнаружил приметы скорого отъезда. С обратной стороны дома виднелся кузов огромного грузовика, почти автопоезда. Сделав перекрытия прозрачными, я понял, что идут лихорадочные сборы. Големы и живые грузчики перетаскивают картонные коробки, деревянные и пластиковые ящики, аккуратно складируют всё это в фургоне. Возле гаражей тоже происходила суета — два или три автомобиля готовились к отъезду. И всё это — несмотря на дождь.

— Добрый день, ваше благородие, — чинно поклонился дворецкий на входе. — Его Светлость изволит принять вас в оранжерее восточного крыла.

Это что-то новенькое.

Никто не замечал за герцогом тяги к растениеводству.

Появившаяся из недр особняка служанка провела меня через солидный холл в полутёмную галерею, по которой во время своего первого визита в дом я мог выйти на открытую террасу. Но, боюсь, сегодня погода настолько отвратительная, что на террасе будет зябко и неуютно. В моей усадьбе, например, воду из бассейна Бродяга слил, а саму чашу зарастил плиткой за ненадобностью. Ещё и полноценный навес организовал вместо хлипкой маркизы.

За угол мы сворачивать не стали, а продолжили свой путь через галерею, миновали просторную гостиную, спустились на пару ступенек, достигнув сквозной арки и остановились у высоких стеклянных дверей. Судя по всему, раздвижных.

— Я доложу о вашем визите, — служанка сдвинула одну из створок и скрылась в тёпло-влажном тропическом заповеднике. Через минуту мне разрешили войти.

Сразу скажу, не зря я сдал осеннюю штормовку с капюшоном дворецкому и остался в футболке. В оранжерее очень тепло, хотя две или три оконных секции были открыты, и внутрь проникал неумолчный шум дождя.

И да, шумно.

Ливень, отступивший под напором тучеразгонителей, отвоевал свои позиции и с удвоенной силой забарабанил по стеклопакетам… Ну, я бы сказал, даже не оранжереи, а полноценного зимнего сада, в который было проведено отопление. Два скоса над нашими головами превратились в залитые дождём плоскости, почти водопады.

Всюду — экзотические растения.

Карликовые пальмы, фикусы, рододендроны, эвкалипты…

Герцог стоял спиной ко мне, задумчиво созерцая дождь. В голове почему-то крутилась услышанная ещё в прошлой жизни песня про непогоду из старого советского фильма.

— А не хотите ли чего-нибудь горяченького? — поинтересовался герцог, оборачиваясь. Я увидел в его руке дымящуюся кружку. Ноздри уловили аромат какао. — Я могу распорядиться.

— Спасибо, — качаю головой. — Нет настроения.