Книга Сила на краю империи, страница 14 – Ян Бадевский

— Растворяют, — коротко ответил британец.

Из ванны понесло химией.

Минут через двадцать добры молодцы явили себя миру и сообщили, что дело в шляпе. Я не поверил и заглянул в санузел. Запах был странный, эдакая помесь тройного одеколона с денатуратом. А вот труп реально исчез. Даже следа не осталось.

— Браво, — похвалил я сэра Иезекииля, вернувшись в комнату.

Кресло уже сияло девственной чистотой.

Балкон распахнули, чтобы проветрить помещение.

Я даже представить боюсь, как все эти люди проникли в гостиницу, минуя портье. Ответ был получен, когда я сделал прозрачными все перекрытия, «добрался» до холла и обнаружил там ещё одного типа в чёрном костюме, старательно изображающего работника отеля. Оригинальный портье как сквозь землю провалился.

— Переходим к финальной стадии, — провозгласил мистер Джонс.

Подручные британца знали, что делать. Один из четвёрки, оказавшийся левитатором, подхватил бесчувственного адепта на руки, не прилагая для этого особых усилий, воспарил над полом и вылетел в окно. Точнее, в балконную дверь. Снаружи уже стемнело, и разглядеть, что там чернеет в небе, как я подозреваю, смогли бы немногие.

Вещи, найденные у японца и белобрысого фанатика, подручные Джонса сложили в пластиковый пакет и унесли с собой. Туда же отправился самострел, к которому никто не осмеливался прикоснуться без перчаток.

Последними апартаменты покидали мы с Джонсом.

Британец спокойно закрыл дверь ключом, лежавшим на прикроватной тумбе, улыбнулся проходившей мимо горничной и направился к лестнице для постояльцев. Я последовал за ним. В вестибюле к нам присоединился человек, изображавший портье. Ключ мы повесили на гвоздик под номером сорок восемь.

Снаружи нашу славную компанию ждал микроавтобус. Погрузившись в него, мы помчались в неизвестном направлении. Я не сразу понял, что съехавший с сопки бус движется к портовому району. А если быть совсем точным — к припортовым трущобам, в которые нормальные люди предпочитали не соваться. На полпути подобрали Паттерсона, который всё это время руководил операцией удалённо.

— Только не говорите, что вы его затолкаете в субмарину, — сказал я, имея в виду спящего адепта. Фанатик уже начал шевелиться и стонать, но всё ещё не соображал, что происходит.

— О, нет! — Джонс притворно округлил глаза. — Я не готов к такому соседству.

Мы проехали ещё несколько километров.

За тонированными стёклами буса мелькали городские огни. Слышался шум прибоя. Тайфун постепенно ослаблял хватку, но ветер ещё был сильный.

Водитель свернул в какую-то глухомань. Ещё через пять минут мы притормозили на краю гигантской свалки ржавых контейнеров. Я даже затруднился с определением локации. В «оригинальном» Владивостоке ничего подобного не припомню.

Подхватив фанатика под руки, мы выволокли его наружу. Протащили по мокрому асфальту и усадили на кусок железобетонной плиты с торчащими в разные стороны штырями. Нейротоксин, судя по всему, начал отпускать товарища. Взгляд белобрысого стал более осознанным. К слову, мы его видели хорошо благодаря свету фар, бьющему скандинаву прямо в лицо. А вот мы, наверное, представлялись адепту безликими трафаретами.

— Кто вы такие? — мужик заговорил по-немецки.

— Те, кто забрал девятый фрагмент, — невозмутимо ответил Джонс. — Поэтому рекомендую сидеть на месте, никуда не телепортироваться и слушать то, что я сейчас скажу.