Книга Род на краю империи, страница 89 – Ян Бадевский

— Нет, — усмехнулся профессор. — Орнамент — визитная карточка их клана, не более того. Я делюсь с вами информацией на основе детального изучения культуры и традиций этого народа.

— Понятно. И что мне теперь делать?

— Наслаждаться последними солнечными деньками, — криво ухмыльнулся Осип Францевич. — Вы не жилец. Напишите завещание, продумайте некролог.

— Очень смешно. Их не смущает, что я нахожусь под крышей Великого Дома?

— Вряд ли Панджаитан остановится, — покачал головой Рисс. — Вы их чем-то сильно задели. И это сейчас вопрос чести. Для них.

Поблагодарив профессора за консультацию, я покинул его жилище, прихватив с собой трость. На прощанье мне было сказано, что война объявлена лично мне. В подобных случаях Панджаитан не трогают близких и друзей, но вот у объекта охоты земля будет гореть под ногами.

Боги, как же они меня достали!

Противостояние с Серебряным Драконом имеет совершенно непредсказуемые и неприятные последствия. И если с рядовыми мечниками я вполне мог бы справиться, то всевозможные пирокинетики и геоманты могут создать кучу проблем. А тут — целый клан.

Рисс предупредил, что материалов по этой теме я не найду, ведь убийцы себя не афишируют. Редкие этнографы, побывавшие в Индонезии, предпочитают помалкивать и не обнародуют публично свои исследования. Никто не видел кшатриев Панджаитан, не гостил в их посёлке или городе, не представляет, какими методами они пользуются. Есть даже гипотеза, что клан кочевой и примерно один раз в столетие меняет остров проживания.

Размышляя над этим дерьмом, я вывел с парковки «Ирбис» и отправился осматривать свои новые владения. Речь, как вы понимаете, идёт о бывшем родовом гнезде Дранько, которое притаилось неподалёку от проспекта Дарвина.

Фазис — удивительный город.

Едешь по шумному проспекту, над головой проносятся капсулы канатки, разворачивается билборд с ненавистной рекламой конкурентов, и вдруг — бац! Ты сворачиваешь за гимназией Эфы налево, потом направо, опять налево — и попадаешь в совершенно незнакомый мир. Тихие улочки, сонные псы, аккуратные пальмы и роскошные платаны. Каменные заборы, чугунные ограды, массивные ворота, живые изгороди. Море зелени, упрятанные в глубине благоустроенных двориков виллы. Земли у местных жителей немного, но в каждый метр вбухано столько бабла, что аж неприлично об этом говорить.

Я припарковался у одного из таких имений.

Поднял дверь со стороны водителя, выбрался наружу и осмотрелся. Идеальные тротуары, выложенные разноцветной плиткой, решётки ливневой канализации, новенькие фонари. Каменная ограда, оплетённая чем-то вьющимся. Эпичные кованые ворота с гербом Дранько — щитом, расчерченным на два поля, бычьей мордой, сердцем, мечом и всякими-разными финтифлюшками, в которых я не разбираюсь. Эх, придётся переделывать. Дополнительные затраты.

Приблизившись к воротам, я ощутил своё ничтожество в этом переменчивом мире. Чугунная конструкция в сочетании с гербом и массивными каменными блоками забора подавляла своим величием. Вот умеют же потомственные аристократы выделываться! Особенно мелкопоместные. С хлипкой и неподготовленной гвардией.

Ключ, лежавший в моём кармане, был оснащён распознающими Знаками. Перед передачей цепочки обнулили. После того, как я вставил ключ в замочную скважину боковой калитки, через артефакт потекла энергия. Ворота запомнили нового хозяина.