Книга Род на краю империи, страница 143 – Ян Бадевский

— Серьёзно?

— Ну, он давно перешагнул за пределы третьего ранга. Удары по площади у него настолько сильны, что… даже небольшое поселение может заморозить. Правда, долго восстанавливается. С такой силищей даже непрерывная циркуляция не совладает.

Что ж, лидер Волков оправдывает репутацию. Я слышал, что во время Второй мировой отец Родиона остановил продвижение китайских и монгольских армий с юга, заморозив их передовые группировки. Евгеническое планирование наверняка позволило вырастить достойную смену.

За время разговора мы постоянно перемещались, меняя столы. Я не особо налегал на закуски, сосредоточившись на изучении окружающих людей. Лекция моей спутницы оказалась на удивление познавательной и в то же время не перегруженной деталями.

Я обратил внимание на низкорослого татарина с чёрной бородкой и обманчиво добродушным взглядом. Этот человек, как мне показалось, страдал избыточным весом.

— Айрат Чингис, — просветила меня Кети. — Из Казани. Мы о нём говорили сегодня. Он из древнейшего Рода Чингисов, кинетик не пойми в каком поколении. Мощный кинетик, окружил себя талантливыми сподвижниками. Купец до мозга костей. Капитал построил на торговле со Средней Азией, Китаем и Ближним Востоком.

Взяв с подноса у проходящего мимо слуги апельсиновый сок, я направился по широкой дуге к Вороновой. Герцогиня успела добраться до противоположной стены и теперь беседовала с улыбчивым азиатом в лунпао — драконьем халате, который может носить только император Поднебесной. Выглядело это одеяние как самый настоящий халат, только с очень сложной вышивкой. Небесно-голубой фон, чёрные рукава, драконы и прочие атрибуты императорской власти. Халат был частью лифу — парадной церемониальной одежды властителей Небесного Края. Насколько я помню, фасонами этих облачений занимается целое ведомство в Запретном городе.

Лицо императора показалось мне смутно знакомым.

Присмотревшись и перебрав в памяти правителей, с которыми я имел дело в прошлом, я понял, кто передо мной. И понимание окончательно вынесло мозг, ведь этому человеку должно быть не менее четырёхсот лет.

— Император Фулинь, — подтвердила мои подозрения всезнающая Кети. — Более известен как Ши-цзу.

— Бес? — задаю риторический вопрос.

— Само собой. В Китае настоящий культ старшинства, он возглавляет правящую династию веками.

Фулинь выглядел в точности как и его аналог в моей вселенной. Юный маньчжурский аристократ, предпочитающий вести себя скромно, но с достоинством. Проблема в том, что наш Фулинь ничего из себя не представлял. Вместо него страной правили то евнухи, то могущественные принцы-регенты, то умный и хитрый полководец Доргонь, который в 1644 году прибрал к рукам всё, что можно.

Здесь же события разворачивались иначе.

Пока я рассматривал императора и его свиту, Кети поведала о том, как враждующие кланы Поднебесной сто пятьдесят лет делили страну, поднимаясь к вершине, а потом из этой кодлы выделился сильнейший — Ши-цзу. К моменту воцарения этот «паренёк» вымазался по локти в чужой крови, собрал ядро талантливых воинов и полководцев, призвал к себе очень сильных морфистов и телепатов… а потом развернул ползучую экспансию в соседние страны. Фулинь версии два точка ноль не имел ничего общего с тем безвольным человеком, рукой которого подписывались угодные регентам указы. И да, он был гораздо старше. чем я подумал сразу. Лет эдак на полтораста.