Книга Синдикаты на краю империи, страница 99 – Ян Бадевский

Ступаю бесшумно. На всякий пожарный делаю голову и верхнюю часть туловища проницаемыми. И это спасает мне жизнь. На предпоследней ступеньке что-то щёлкает, срабатывает хитроумная ловушка, и через мою голову летит дротик, выброшенный пружинным устройством. Краем глаза отмечаю дверцу небольшого лючка в переборке. Сразу после выстрела лючок закрывается, а на меня нападает упырь в маске.

Упырь вооружён танто.

На автомате пропускаю его вперёд, выставив натянутую цепь, перехватываю и обматываю кисть, веду противника по кругу и заваливаю вниз, выломав руку. Камой по вене, грузом по голове.

Тело обмякло.

Чтобы не разматывать цепь, делаю её проницаемой. Рука мертвеца падает на ковёр. Выпрямившись, изучаю помещение. Салон с двумя рядами скошенных вниз иллюминаторов. Дверь, ведущая в двигательный отсек. Возвышение в дальней части, на которое ведут две ступеньки. Площадка огорожена бортиком, это и есть рубка управления. Обзорные окна, два кресла, приборная панель. Человек в кресле. Спиной ко мне, поглощён штурвалом, высотометрами и датчиками давления. Когда я поднялся по ступенькам, он всё ещё сидел, хотя слышал мои шаги.

— Не стесняйтесь, молодой человек, — раздался голос Рептилии. — Вам доводилось бывать на капитанских мостиках дирижаблей?

— Нет, — честно признался я.

— Как и большинству людей, — сокрушённо вздохнул Виктор. — Все мы пользуемся благами цивилизации, но не задумываемся над механикой происходящего.

Бросаю взгляд за окно.

Рубка устроена таким образом, чтобы открывать авиатору передний, боковой и нижний обзоры. Половина мостика — эдакая полусфера, сложенная из прозрачных шестигранников. Внизу простирается заснеженный Никополь. С высоты птичьего полёта даже фабричные трубы не выглядят столь отвратительно.

Дым смешивается с тучами и порождает смог.

Прислушиваюсь к себе. Точнее, пытаюсь уловить скрытое движение ки в пространстве. Ничего нет. Либо сидящий в кресле человек бездарь, либо мне ещё предстоит осваивать навык отслеживания себе подобных.

Делаю шаг вперёд.

Застываю в метре от авиатора.

— Обычные дирижабли оснащены рулями высоты и курса. они работают от набегающих воздушных потоков, — сообщил Виктор. — Здесь, как видишь, один штурвал, но он проворачивается куда угодно. Центральный шар — с каббалистическими вставками, чтоб ты понимал. Приходится учитывать скорость, углы поворота и множество других параметров.

— Садись, — приказал я. — Иначе умрёшь.

Виктор передвинул какой-то рычаг, и мы стали подниматься к самым облакам.

Повышает ставки, мудак.

— Не держи меня за идиота, мальчик, — голос Рептилии избавляется от вкрадчивых ноток. Я слышу сталь. — Ты прикидываешь шансы на успешную посадку. Нет, ты не сядешь без моей помощи. Вероятнее всего, разобьёшься в жилом массиве. Или движки угробишь. А ещё можно переборщить с контролем давления. Так что убивать меня… невыгодно. Но ты это сделаешь, как только получишь желаемое, верно?

— Без вариантов, — я даже не стал спорить.

— Парадокс, — вздохнул Виктор. — Я хочу жить, поэтому не посажу дирижабль.

— Ты не будешь летать бесконечно, — возразил я. — Еда, вода, топливо. Сам понимаешь.

— Конечно. Давай заключать сделку.

Обдумываю своё положение.

Сделка должна подкрепляться гарантиями. Не важно, кто кому и что пообещает. Я могу завалить Рептилию на земле, ему ответить нечем.