Книга Синдикаты на краю империи, страница 112 – Ян Бадевский

Взмах камой.

Враг уклоняется.

Шаг влево, пропустить клинок мимо, заблокировать локтем чёрную руку и рубануть зажатым в кулаке грузом по корпусу оппонента.

Чуваку больно.

Ага, попался. Броня защищает от скользящих колюще-режущих ударов, но дробящие тупые предметы никто не отменял.

Ныряю под руку.

Противник открывается и получает локтем в челюсть. Удар хороший, но это не нокаут. Пошатнувшись, неизвестный быстро восстановил ориентацию и ткнул меня своей железкой в голову. По инерции уклонившись, врезал ему коленом в бок. Вот здесь говнюка скрючило.

Отпускаю полметра цепи, раскручиваю и бью в голову. Оппонент подставляет меч. Голову от удара спасает, но цепь наматывается на кисть. Чтобы не повторять прежних ошибок, тяну вниз, одновременно ныряя под выпад вторым клинком, и всаживаю каму под ребро врагу. Здесь тонкий нюанс — я успеваю сделать лезвие проницаемым, а затем возвращаю серпу вещественность.

Силуэт рычит.

Выдёргиваю клинок, вслушиваясь в хлюпающие звуки. С острия срывается чёрная капля. Делаю цепь проницаемой — она соскальзывает с захваченной правой кисти. Пробиваю с ноги в грудину. Врага сносит ударом к стене. Шаг-подшаг, проницаемость, выпад, восстановление.

Оппонент сползает по стене, хватаясь за горло.

Наваждение схлынуло.

Зыбкие контуры сделались отчётливыми, неровный свет фонарей начал выхватывать мелкие детали. С точки зрения физики я не могу воспринимать изображение с подсветкой извне — стена ведь никуда не исчезла. Думаю, зрение перестроилось настолько радикально, что эти условности утратили смысл.

А вот ки надо экономить.

— Включи свет, — устало попросил я.

Бродяга выполнил приказ.

Лампы врезались в потолок, обзавелись плафонами. Вспыхнул ряд молочно-белых квадратов. Я обнаружил в метре от себя распростёртое на полу тело. Юноша лет восемнадцати. Стройный, мускулистый, бритоголовый. С широко распахнутыми в бесконечность глазами. Война, как известно, дело молодых. Помогает против от морщин…

А вот костюмчик парнишки меня заинтересовал.

Напоминает «вторую кожу» дайверов.

Бросив кусаригаму на пол, я шагнул вперёд, присел на корточки и провёл пальцами по шероховатой поверхности доспеха. Как наждачка. Однако… стоит нажать посильнее, и пальцы соскальзывают. А ещё мне показалось, что материал пружинит, прогибается… но до определённых пределов. К примеру, если взять меч и ткнуть в броню, повредить ткань не удастся. Лезвие даже царапины не оставит. Шея паренька закрыта плотным воротником из такой же брони, на голове — капюшон.

— Ярче, — приказал я.

Лампы увеличили мощность.

Так и есть.

Присмотревшись повнимательнее, я обнаружил тонкую вязь каббалистических Знаков, выгравированных на поверхности брони. Знаки выстраивались в цепи, соединялись в сложные геометрические рисунки, и всё это смахивало на формулы безумного учёного.

Самое интересное — я не обнаружил разрезов в тех местах, где смог пробить материал камой. Возникло подозрение, что ткань обладает способностью восстанавливаться.

— Вот дерьмо, — выругался я вслух. — Бродяга, ты не знаешь, как на сей раз обошли твои протоколы?

— Тут всё просто, — последовал спокойный ответ. — Этот человек прыгнул через стыковочный узел во время внедрения АРМ.

— И ты не смог помешать?

— Док был открыт.

— Здорово. А что значит… прыгнул?