Книга Каратель, страница 92 – Ян Бадевский

— Ростислав, мы же не изверги, — усмехнулся стряпчий. — Встретились с представителем Ганзы, душевно пообщались. Каждый остался при своём.

— Герр Шольц? — уточнил я.

— Он самый, — кивнул Сергей Васильевич.

На сей раз ужин был ужином. В малом обеденном зале собрались я, Бенедиктов, Варя и Карина. Учитывая, что послушница не была частью Рода, мы старались не озвучивать всех деталей. Основной разговор намечался чуть позже.

— Мы же поставили ультиматум, — вспомнил я. — Неправомерное использование средств моего папочки. Иски полетели, но они легко отзываются. Что не устраивает Шольца?

— Банк рогом упёрся, — нехотя признал стряпчий. — Они видят опасный прецедент — так мне Шольц пояснил. Дело может стать резонансным. И это ударит по некоторым… очень влиятельным клиентам Ганзы. По всему миру.

— А когда мы их поимеем в суде, это ни по кому не ударит? — искренне удивился я.

— Не стоит спешить с выводами, — осторожно возразил Бенедиктов. — Мы их попытаемся поиметь. Это разные вещи. Но и Шольц понимает двойственность своего положения. Они хотят договориться и разрабатывают компромиссное решение.

— Компромиссное решение, — задумчиво протянул я. — И как это будет выглядеть?

Бенедиктов бросил многозначительный взгляд на Карину.

— Я потом всё расскажу, — Варя очаровательно улыбнулась и поправила волосы. — А сейчас хочется отдохнуть от дел. Как съездил?

— Всё отлично, — я умею ловить намёки. — А как себя чувствует наша гостья?

Мы дружно посмотрели на Карину.

— У вас очень уютно, — девушка, если и поняла, что происходит, то поддержала общую игру. — Мне даже выделили специальную комнату для экспериментов.

— Ого! — я перевёл взгляд на Варю. — У нас есть такая комната?

— Под крышей, на третьем этаже, — ответила блондинка. — Не знаю, что там раньше было… но Карине нравится.

— Хорошее освещение, — подхватила каббалистка. — Мансардное окно прямо над моим столом. И мне уже систему хранения там поставили. Спасибо, Варенька!

Сказать, что я испытал шок — ничего не сказать.

Варенька?

Похоже, моё отсутствие сблизило девушек, которые до этого вели себя как соперницы. А теперь, если и не лучшие подруги, то вполне себе мило общаются, и даже искры в разные стороны не летят.

Когда все поужинали и начали расходиться, мы с Варей и Бенедиктовым отправились в кабинет. Я тут же накинул на помещение купол тишины.

— Рассказывайте. Что там у Ганзы на уме?

— Шольц заявился с ультиматумом, — мрачно ответил Бенедиктов. — Дескать, мы переведём дело в международные суды — и держитесь.

— А вы что? — я уселся в кресло.

За окном давно стемнело, и включились автоматические фонари.

— Госпожа Фурсова взяла переговоры в свои руки, — во взгляде Бенедиктова появилось уважение.

— Я им сказала, что оба Рода, Фурсовы и Володкевичи, прекратят любое сотрудничество с «Транскапиталом» в кратчайшие сроки, — Варя хищно блеснула глазами. — Мы не только выведем имеющиеся активы, но и перестанем использовать Ганзу для перекачки денег в будущем. Предложила Щольцу проверить, о каких суммах идёт речь.

— И? — мне стало интересно.

— Мы также воспользуемся старыми связями в аристократической среде, чтобы дискредитировать «Транскапитал», — продолжила Варя. — И вложимся в антирекламную кампанию на радио и ТВ. Убытки я уже прикинула, и эту сумму озвучила.