Книга Здесь вам не клан 3, страница 122 – Ян Бадевский

По размерам Новая Арена ничем не уступала Старой. Глубоко запрятанный в землю цирк, концентрические круги зрительских трибун, разбивка на сектора, торчащие из верхнего парапета столбики менгиров. Ряды были заполнены под завязку.

Как только я переступил через периметр, автоматика среагировала на жетон. Под полупрозрачным куполом энергетического щита соткался экран. Голограмма сформировала два окошка с нашими фотографиями — моей и Громова. Под каждым снимком — имя, фамилия, рейтинг.

Непрерывный гул раздражал.

Схватка проходила во время большого перерыва, но многие пожертвовали обедом, чтобы придти сюда.

Я замер на краю верхнего периметра. Возникло чувство погружения в пасть исполинского чудовища — ревущего, шевелящего отростками, норовящего поглотить всех и каждого.

Внизу располагалось каменное кольцо с выдвижными менгирами и вторым уровнем защиты. Поле, оберегающее зрителей, имело цилиндрическую форму. Я пересёк фантомную преграду и направился в центр жёлтой площадки. Там меня терпеливо дожидались Борис Громов и Пётр Санаев — ещё один сенсей, взявший на себя обязанности рефери.

Мы с Громовым замерли в трёх шагах друг от друга.

Блондинчик сверлил меня ненавидящим взглядом. Во взгляде Громова читалось желание уничтожить своего врага, подвергнуть публичному унижению и расквитаться за всё, что случилось в начале месяца. Я спокойно выдержал эту психическую атаку. И взялся за построение барьера.

Если за схваткой и наблюдала судейская бригада, то я этих людей не заметил. Хотя, стоп. В первом ряду пристроились Бергман и парочка неизвестных магов преклонного возраста. Нас с Громовым нарядили в традиционные китайские ифу. Белого и чёрного цветов, соответственно. Я вышел в чёрном.

Санаев без лишних предисловий выставил перед нами руку.

Короткий взмах.

Громов атаковал сразу. Рефери ещё отойти не успел, а волна ужаса обрушилась на мой рассудок. Борис молниеносно пробил все мои уровни, но в самый последний момент я активировал технику Брукс. Обтекаемость — так Кимберли назвала этот полезный навык. Ментальный поток разделился на сотни ручейков, обогнул моё сознание и не причинил вреда. Примитивный лабиринт, доставшийся в наследство от кибермансеров, я перестал поддерживать.

Противник усилил давление.

Несколько секунд, растянувшихся в вечность, мы стояли, не шелохнувшись. Я не мог отвлечься даже на примитивные удары, не говоря уж о световой магии. По моим вискам струился пот. Борис давил, опустошая своё средоточие. Я успел выяснить, что менталисты расходуют на атаки гораздо меньше энергии, чем обычные волшебники. Стихийный урон предполагает воздействие на окружающий мир, поэтому мана тратится быстро. Ментальные атаки — нечто неощутимое, призрачное. Вне энергетических и иных воздействий. Почти телепатия, но гораздо больше.

Впрочем, и ресурс менталиста исчерпаем.

Борис неожиданно сменил тактику.

Давление на мозг ослабло, а затем... он ударил по нервной системе. Меня парализовало. Чую — вот она, смерть Кощеева. Ну, не смерть, но в следующий этап меня не пропустят.

Торжество.

Дикое торжество в глазах мелкого крысёныша.

Пожалуй, именно это вытащило меня из ступора и заставило действовать. Вместо того, чтобы противостоять параличу, я накачиваю маной технику светового кольца и бью в горизонтальной плоскости. Для подобных атак подвижность не требуется.