Книга Здесь вам не клан 2, страница 58 – Ян Бадевский

Передо мной вырос Саймон.

С мобильником в руке.

— Это тебя.

— Что?

Я бездумно взял трубку и приложил к уху.

— Не шутите со мной, господин Корсаков, — раздался знакомый голос на том конце провода. — Мне платят за расследования серьёзные люди, и они не потерпят…

— Вы мне угрожаете? — перебил я. — Откуда у вас номер моего соседа?

— Не угрожаю, — открутил детектив Резник. — Во всяком случае, пока. Если меня удовлетворят ваши ответы, разойдёмся с миром. Если нет…

— Вот что, — я вновь не дал собеседнику договорить. — Идите лесом. Я — подданный Российской империи. И с полицией я уже пообщался. У вас, Всеволод, отсутствуют официальные полномочия. Лицензия? Она не позволяет щёлкать передо мной пальцами. Создадите проблемы — получите встречные. Я всё сказал.

Прерываю связь.

Саймон с тревогой взглянул на меня.

— Всё в порядке?

— Да, — я вернул рокеру мобильник. — Больше не поднимай трубку на этого дебила.

— Там неопределённый номер.

— Игнорь всё неопределённое.

Оказавшись в комнате, я первым делом направился в душ, постоял под контрастными струями, приводя мысли в порядок, а потом взялся за приготовление чая. Сегодня у меня подняты нервы, так что не помешает ромашка со всякими травками-муравками. К счастью, в торговых рядах этого добра навалом.

— У тебя неприятности, бро?

Вернувшийся в комнату Семён полез в холодильник, чтобы сварганить себе парочку бутеров.

— Не бери в голову, — отмахнулся я. — Чай будешь?

— Хм. Может, по пивасику?

— Я не пью.

— Ладно. Уговорил.

Ты у меня ещё встанешь на путь добра, подумал я, засыпая благоухающую смесь в заварник и заливая всё это кипятком.

— Семён?

— Угу.

— Завязывай с бухлом.

— Я особо и не пью.

— Вчера пивка накатил.

— Так ведь поступление.

— А сегодня вечером?

— Ну, одна же баночка. Это не в счёт. Так, для настроения и поднятия тонуса.

Фух.

Похоже, разговор предстоит серьёзный. И не факт, что я сумею пробить стену за один вечер. Так что начнём издалека.

— Ты до старости дожить планируешь?

— Звёзды рока умирают молодыми.

— И поступают в престижные государственные академии?

— Ну… не обязательно. Кто-то кочегаром работает или фигурки из дерева вырезает. Уборщик в школе — тоже хорошая профессия. Дворник и сторож…

Чем больше я слушал эту дичь, тем больше понимал, что ничего не знаю о своём приятеле. От слова «совсем». Вроде бы он княжеский бастард, но отец с ним не общается. Значит, жил с матерью. Хотя… кто ж его разберёт.

— Так, — перебил я. — И кто мешает повторить сей славный путь?

— В смысле?

— Отчисляйся. Я могу прямо сейчас влезть в Информ и подобрать тебе вакансию дворника в Питере.

С этими словами, я отставил заварник и взял в руки смартфон.

— Вот, например. Муниципальной службе Васильевского острова требуются на постоянной основе…

— Да ну тебя, — обиделся рокер. — Издеваешься.

— Нет, — я покачал головой. — Ты же хочешь быть музыкантом, перебиваться случайными заработками и надеяться на чумовую карьеру в будущем? Если хочешь, то в Магикуме делать нечего. Здесь адская загрузка, упор на боевую подготовку, турниры и практика, с которой многие возвращаются вперёд ногами. Здесь тебе делать нечего.

Саймон открыл рот.

Закрыл.

— Летом нас забросят в красный дистрикт, — продолжал дожимать я. — Ты слышал, половина отсеется. Одни облажаются на экзаменах, другие погибнут. У нас есть год. Я хочу, чтобы в этом дистрикте сдох Громов, а не ты или Аврора. Смекаешь?