Книга Здесь вам не клан 2, страница 122 – Ян Бадевский

Вижу изогнутую мраморную лестницу, ведущую наверх. И коридор, расположенный за широченной аркой. Вряд ли мне нужно общаться с хозяином дома, так что направляюсь к провалу арки.

А вот и спешащие выказать своё гостеприимство обитатели дома.

Притормаживаю хронопоток.

Совсем чуть-чуть.

Это позволяет мне вскинуть руку с пистолетом раньше своих противников. Забавно бегут — словно водолазы по дну океана. Голова ближайшего легионера разлетается кровавыми брызгами. Во второго стреляю почти наугад, стараясь выиграть по скорости. Поэтому уходит две пули — в плечо и голову. Первый выстрел разворачивает мужика на полоборота, второй сносит ему часть черепушки. Похоже, сектанты пользуются разрывными.

Время — назад!

Урок американской инструкторши не прошел вхолостую. Мана расходуется экономнее. Действительно, зачем всё замораживать, имея пушку в руках, если можно превратить своих врагов в неповоротливых тюленей?

Коридор увешан странными картинами. То ли узоры, то ли оккультные письмена. Схематичные зрачки, вписанные в звёзды, круги и пирамиды. А ещё — портреты. Серьезные дядьки англосаксонской наружности — в белых тогах и с медальонами на шеях.

Справа — ряд дверей.

Слева художественная выставка обрывается, уступая место остеклению в пол. Над головой — прозрачный навес с налипшими осенними листьями. Коридор превращается в крытую галерею, протянувшуюся через сад. Увядающий сад, тронутый осенней желтизной.

Так, уже хлеб.

В этой стране есть осень.

Галерея врастает в обширное мраморное пространство с двумя рядами квадратных колонн и неким подобием алтаря. Там меня ждут очередные смертники. Притормаживаю время, смещаюсь под прикрытие ближайшей колонны и начинаю отстреливать ушлёпков. Все они двигаются медленно, но и я ускоряюсь, чтобы не подставиться под огонь. Первого укладываю выстрелом в спину, затем падаю на колено и выпускаю две пули по ногам бегущих охранников. Ноги подкашиваются, рябята плавно оседают на мрамор. Добиваю в головы.

Раздаётся тихий хлопок, но я уже за колонной.

Огибаю укрытие.

Укладываю на пол ещё одного упыря, водящего пушкой из стороны в сторону. Разворачиваюсь к скрытой в глубине зала двери, из которой выдвигается свежий легионер. Грудь, голова.

Осталось семь патронов.

Перемещаюсь ко второму ряду колонн и оказываюсь за спиной легионера с дробовиком. Приставляю глушитель к затылку слоупока, и башня несчастного разлетается, словно перезревший арбуз. Пара капель попадает мне на куртку.

Шаг в сторону.

Выстрел в колено бородачу с хвостиком. Закрепляю успех контрольным в глаз. Разворачиваюсь на три часа, прикладываю глушитель к подбородку лысого мужичка и вышибаю ему мозги через макушку.

Отступаю под прикрытие колонны.

Восстанавливаю хронопоток.

Удивительно, но после учинённой бойни я не испытываю привычного недомогания. То ли средоточие развивается, то ли я научился грамотно расходовать ману. А может, я продвигаюсь к следующему рангу? Надо полистать учебники…

Три патрона.

Чего стесняться?

Извлекаю магазин, швыряю на пол, вставляю запасной. Прислушиваюсь к гробовой тишине вокруг. Никто не дышит, не ходит, не хрипит, не булькает.

Выдвигаюсь из-за колонны.

Помещение, в котором я нахожусь, смахивает на молельный зал. Колонны украшены сверху уже знакомыми канделябрами. С потолка свисает хрустальная люстра-конус. К алтарю ведут три ступени. Я вижу некое подобие алькова с портретом неизвестного человека. Этот тип носит чёрную шляпу-цилиндр, длинное пальто, клетчатые брюки и до блеска начищенные штиблеты. В руке — трость. Портрет оборудован подсветкой и укрыт стеклом. Весь альков уставлен горящими свечами-шайбами. Тут же — искусно скомпонованные цветочные композиции…