Книга Демонолог, страница 50 – Ян Бадевский

Прана не знает границ.

Вот чему учат пробудители.

Бодхи не просто зарабатывал деньги, он верил в великую миссию — раскрытие человеческого потенциала. Деньги воспринимались моим наставником в качестве дополнительной гарантии свободы. Парень с дредами принципиально не покупал квартиры и другие ценные объекты, скромно питался, проповедовал отказ от излишеств. Пиццы заказывались исключительно для нас с Полиной, сам Бодхи предпочитал веганскую еду.

Я долго пытался понять природу сверхспособностей гуру.

Пробудители не владели боевыми техниками в привычном понимании, но могли применять отдельные навыки в необычных комбинациях. Основой могущества гуру считалось умение раскрывать чакры и настраивать потоки энергии. Учителям приписывались телепатические способности, но Бодхи уверял, что не умеет читать мои мысли. И всё же, его Дар плотно завязан на ментальной составляющей. Бодхи проникает в разум своего ученика, влияет на подсознание, входит в некое подобие эмпатического резонанса. И подстегивает активацию участка головного мозга, отвечающего за поглощение праны.

Спустя четыре дня я научился избавляться от усталости, черпая энергию из окружающего мира. Каждая медитация завершалась всплеском активности — я быстро справлялся с текущими делами, носился по квартире, наводил марафет, усиленно занимался спортом. Ежедневно с меня сходило семь потов — гуру заставлял отжиматься, стоять в планке, приседать, растягиваться, качать пресс. Мышцы болели, я сам себе напоминал старика, разбитого параличом. Приток праны исправил ситуацию — боль отступила, вернулись гибкость и уверенность в собственных силах.

— Чакра заработала? — спросил я учителя на третий день тренировок.

— На треть, — кивнул учитель. — Ты закладываешь базу. Но помни о том, что необходимо накачивать энергией техники, а это — совсем другой расход.

Нас больше не отвлекали.

Изредка я находил пропущенные звонки от старых приятелей. Дважды приходили сообщения в «Скайпер». Некто интересовался, почему я забил на рейды, грозился исключением из команды. Весь этот мусор я старательно игнорировал.

Четвертый день принес новые сюрпризы.

У меня разболелась голова.

Поначалу тупая боль пульсировала в затылке, затем неприятные ощущения распространились на виски. К обеду меня так скрутило, что я лежал на кровати, вцепившись в подушку, и с трудом воспринимал действительность. Солнечный свет заставлял глаза слезиться. Пульс участился, дыхание — тоже.

Полина мне помочь не могла, ушла к подружке.

— Что за хрень? — вырвался из моего горла хриплый вопль.

— Ты пробуждаешься, — раздался спокойный голос учителя.

— Больно.

— Еще бы. Все через это проходят.

— Что… мне… делать?

— Лежи и не двигайся, — последовали сухие инструкции. — Нормализуй дыхание. Зачерпни немного праны и восстанови себя.

— Я не умею.

— Тогда сдохнешь. Боль будет нарастать, потом — инсульт. Тебя парализует. Ты не встанешь с постели уже никогда.

— Мы так не договаривались.

— А в глобале ничего не пишут? — в голосе Бодхи прорезался сарказм.

Каждое слово дается мне с трудом.

— Я не искал.

— Идиот.

Вероятно, он прав.

— Ты должен исполнять мои приказы, — напомнил гуру. — Делай, что говорю.

Позже я выяснил, что пробуждающаяся чакра бесконтрольно потребляет прану, затапливает энергией сосуды и перегружает весь организм. Необходимо направить силы в правильное русло. Научиться контролировать то, чем не умеют пользоваться обычные люди.