Книга Вперед в СССР! Том 1, страница 171 – Михаил Ежов, Ян Бадевский

Когда они покинули кабинет, Кривошеев встал и, заложив руки за спину, прошёлся туда-сюда, не глядя на меня.

— Вот что, товарищ Громов, — заговорил он через несколько секунд. — Ситуация сложилась непростая. И неприятная. Для вас, в первую очередь. Если мы решим вас использовать — в случае, если ваши необычные способности позволят… скажем так, вступить хоть в какой-то контакт с существами вроде того, с которым вам довелось недавно столкнуться… защитить вас по спецпрограмме не выйдет. Вам придётся действовать довольно активно. Конечно, вы будете под присмотром, но иногда этого мало, чтобы помешать тем, кто хочет достать человека.

— Вы имеете в виду родителей Алайской? — спросил я, продолжая считывать эмоциональный фон собеседника, чтобы понимать, правду он говорит или пытается мною манипулировать.

Я отлично чувствовал и понимал его сомнения. Какой-то мальчишка с непонятным Даром и неясными способностями, сын предателя Родины — с одной стороны, и секретный проект, менгиры, эмиссары и Алайские — с другой. Незавидная дилемма. Какими бы полномочиями ни обладал Кривошеев, он точно не был всесилен. Всегда есть тот, кто выслушивает доклады и отдаёт приказы. Но моему собеседнику очень хотелось выяснить, смогу ли я вступить в ментальный контакт с неведомыми тварями. Такую возможность он упускать не хотел. Считал, что не имеет права. Однако просто взять и включить странного пацана в засекреченные разработки? Нет, без соответствующих санкций вышестоящего начальства, которое ещё предстоит убедить, что овчинка стоит выделки, он тоже не мог.

— Именно о них, — кивнул подполковник, остановившись справа от меня и глядя сверху вниз. — У Алайских серьёзные связи в правительстве, и смерть дочери они не простят. Она была их любимицей. На неё возлагались большие надежды. Возможно, чрезмерные, но родительское сердце склонно приукрашивать достоинства ребёнка. Сами понимаете. В общем, вам нужно быть крайне осторожным в ближайшее время. Мы постараемся вас прикрыть, товарищ Громов, однако, как я уже сказал, чудес не бывает. В Москве вам будет угрожать опасность. Не сегодня и не завтра, но скоро Алайские узнают, кто именно убил их дочь. Надеюсь, к тому времени ваша дальнейшая судьба будет… определена. До того же времени сделайте одолжение — постарайтесь не умереть.

* * *

Честно говоря, я не думал, что меня отпустят.

Просто не верил в такой поворот.

С одной стороны, это хорошо. С другой… количество навалившихся на меня проблем растёт. Эмиссары не просто проникают в эту реальность, они почему-то интересуются менгирами. И мной. Допрос помог бы выяснить, что им нужно, вот только не факт, что меня подпустят близко к столь значимому источнику информации. Я не могу рассказать о своём прошлом, не могу доказать свою полезность для этого общества. Для сотрудников КГБ я простой мальчишка-ментор, даже не выходец из Великого Рода. Почему они должны предоставлять допуск к секретному объекту? Я уж молчу про клеймо, доставшееся мне на память от отца…

Вторая проблема — моя родня.

Теперь, когда за мной охотятся неизвестные агенты, да ещё и влиятельная семейка Алайских, маму и сестру нужно защитить. Я не могу с этим справиться, находясь вдалеке от Москвы. Значит, буду вынужден просить. Или, что ещё хуже, подталкивать куратора к принятию «верного» решения.