Книга Изгой, страница 129 – Василий Лазарев

— Себя, конечно. Инсидио выставляет кандидатуру герцога Протея.

— Тебя, Ришар я не спрашиваю. Мы не будем выдвигаться, таково внутреннее решение нашей династии. Два двойных срока перед этим несколько утомили нас. Остаётся Дигнус. Астра кто будет от вас?

— Я, Император. Астра Артемида Дигнус! — она с вызовом посмотрела на собравшихся. Они понимали, что Астра выдвинет себя, но до конца в это не верили.

— Вы только подумайте! Ты рискуешь стать первой Императрицей миров Основы, — заметил Генрих Гелум. — Что ж, правилами это не запрещено. Ты в праве рискнуть. Дядя Лео точно не желает потягаться за трон?

— Дядя Лео сложил с себя все полномочия. Он не любит крови, — глаза Астра полыхнули пламенем и тут же погасли. Все сделали вид, что не заметили.

— Да будет так. Я всё понял. Через неделю начнётся голосование, которое продлится месяц. В конце этого срока будет определён будущий хозяин этого дворца. Всем удачи.

Распорядитель вывел гостей, минуя пиршественный зал. Протей и Ришар Гелум чуть приотстали и свернули в неприметную дверку.

— Уважаемый Ришар, у меня есть несколько вопросов к вам. Не могли ли бы мы кое-что обсудить, без лишних глаз и ушей? — заговорщицки спросил герцог Протей Инсидио.

— Здесь будет удобно, — сказал Ришар, — в этой комнате редко кто бывает и что самое главное, тут не подслушивают.

— Чудесно. Тогда вопрос. Передал ли вам Дигби Трайтон мои деньги? — спросил Протей.

— Так это были ваши деньги? — удивился Ришар. — Передавал. Десять сундуков, только он просил отдать наши голоса Трайтонам.

— Вот ведь мерзавец, — всплеснул руками Протей. — У меня есть бумага, где указывается что Дигби Трайтон берётся только доставить мои деньги лично вам.

— Отчего же вы сами не соблаговолили передать? Лично, — Ришар непонимающе глядел на Протея.

— По-моему это очевидно. Трайтон тащит сундуки во дворец. Какой вывод? — спросил Протей.

— Все ненавидят Трайтона за то, что они хотят купить голоса. Ага! Понял. Но как Сам Дигби согласился на это?

— Опять же просто. За половину сундука. А за целый сундук, как он выразился он и дворец взорвать мог бы, — подлил масла в огонь герцог Протей.

— Вот мерзавец, ему повезло что он не дожил, — в гневе сказал Ришар. — Так значит это были ваши деньги? Позвольте вашу бумагу, любезный Протей. Знаете ли я должен окончательно убедиться. Без обид.

— Что вы, какие обиды. Держите! — Протей залез рукой во внутренний карман и вытащил оттуда сложенный вчетверо лист. Развернул его и сунул под нос Ришару. Тот уставился на совершенно пустой лист. Протей в это время сломал двумя пальцами стеклянную трубочку с газом, который обладал одним интересным свойством. Свойством внушения, вдохнувший его верил всему, что ему говорили. Где-то минут пятнадцать, потом действие газа проходило. — Видите вот это моя подпись, а это подпись Дигби Трайтона. Я написал: «Я, герцог Протей передаю десять сундуков золотых Имперских дукатов Дигби Трайтону, чтобы он доставил их Ришару Гелум лично. Дигби Трайтон получает в оплату за это ещё половину сундука.» Подпись, число.

— Да всё верно, чёрт побери! Нам он ничего подобного не говорил, — изумился Ришар, глядя в пустой лист.

— Нахал. Вы видели бумагу, теперь ваша душа спокойна. Документ я приберу на всякий случай, — Протей ловко спрятал лист назад во внутренний карман. — Голоса Церберов куда пойдут, если не секрет?