Книга И пришёл Лесник! 27, страница 80 – Василий Лазарев

— А… тогда конечно! — усмехнулся Кислый и тут же заорал как резаный. — О, блядь!

Из темноты гаража показался Паук! Показался, это слишком слабо сказано. Он пёр как асфальтовый каток, но в замедленном темпе. Знаете, как бывает? Вот летит на вас электричка, а вы на рельсах застыли и доживаете свои последние микросекунды. А они настолько растягиваются, что вы успеваете запомнить мельчайшие детали. Так вот Паук был похуже любой электрички. Во-первых, он вылетел из подземной парковки объятый своим вонючим газовым облаком, которое растворяет всё подряд. Нам ещё повезло, что он плевался, а только пугал. Во-вторых, он был густо облеплен разъярёнными извергами. Кто-то из них носил чёрный плащ с капюшоном, кто-то щеголял в белой майке, некоторые как раз носили шорты. Капюшоны у них слетели с голов обнажив отвратительные пасти, разорванные на четыре части и усеянные тонкими зазубренными иглами. У этих извергов трансформировалась не только пасть, но и руки, превратившись в подобие птичьих лап с четырьмя пальцами увенчанные полукруглыми когтями. Они были настолько острыми и крепкими, что смогли пробить шкуру Паука.

Паук с утробным уханьем семенил на своих восьми суставчатых лапах и периодически выпускал тонкие струи смертельного газа из крошечных отверстий, расположенных по всему корпусу. Стоило газу только коснуться изверга как тот начинал исчезать с диким визгом. Они не понимали, что от Паука лучше отвязаться по-хорошему и липли на нём, пытаясь, прокусить его толстую мохнатую шкуру. Нолды тоже пытались и не пробили Паука даже из треноги, куда уж этим дистрофикам. Паук в крайней степени раздражения вращал всеми своими восемью глазами и рычал. На его теле висели фрагменты растворившихся извергов, но из темноты прыгали другие и конца им не было. Мне эта картина напомнила лето у дедушки в деревне, когда я без маски и прочего оборудования врезал ногой по улью, а затем вылил внутрь воды. Вот только я не обладал такой толстой шкурой и весь в слезах и криках врезался в деда спасаясь от пчёл. Дед сидел за столом с соседом и я, убегая от них упал. Схватившись за скатерть, я стащил всё что было на землю. И только узнав деда пчёлы остановились, иначе бы я сдох там же под столом.

Паук только на наших глазах отправил в Ад полсотни «пчёлок». Ну и сволочь же тот глист, а ещё коммунистом прикидывался! Так наврать, скотина. Паук технично остановился на пандусе сбросив с себя десяток извергов. Те тут же сменили приоритеты завидев нас. Девчонки окатили и Паука и извергов высокотемпературной плазмой, которую мы назвали огнемётами. Пауку, разумеется, это только понравилось и заодно очистило шкуру от фрагментов «пчёлок». От самих извергов остались одни угольки. Паук, однако, не расстроился и быстро собрав скрюченные обгоревшие тела обдал их своим ядом. Растворив в лужицу, он быстро выпил её, пока сам пандус не растворился.

Мы начали движение вниз. Девчонки включили прожектора, и тут мы увидели трагическую картину. В центре большой парковки гордо стояла Пантера. Сверкая зеркальными боками, она вяло отмахивалась от нападающих на неё извергов. Те прыгали с разбегу открывая в полёте свои пасти. Очень впечатляюще, когда эта сволочь разевает свою варежку на полметра всю истыканную зубами. Однако врезаясь в Пантеру он со скучающим видом съезжает по зеркальной поверхности, так и не отведав комиссарского тела. Мало того, каждый изверг получал шикарную оплеуху и отлетал метров на двадцать. Некоторые заворачивались зубами внутрь, у иных пасть вылезала, пардон из жопы. Смотря какой вектор удара, получал оппонент.