Книга И пришёл Лесник! 27, страница 17 – Василий Лазарев

— Чуете разницу? А остановиться она не могла, иначе мы бы вляпались в самый цимес, понимаете, — папаша Кац помогал себе жестикулируя руками.

— Ох, бля! — схватилась за голову Лиана понявшая, что произошло. — Маша на своих внутренних резервах вытянула нас на десять минут вперёд?

— На десять или нет, мне неизвестно, но больше минуты точно. И вот вам результат, Улей сам забрал у неё здоровье. И вернуть его даже белой, я не могу. Только зря переведём продукт.

— И что теперь делать? Она в себя придёт? — обречённо спросил Кислый.

— Уже пришла, но не говорит вообще. Правая сторона частично парализована. В остальном всё в порядке. Худоба пройдёт, вы же понимаете, что она вытворила? — проскрипел знахарь.

— Не очень.

— Она весит сейчас вполовину от того, что садилось в броневик! — гневно выкрикнул Изя. Маша смотрела на него и её лицо сморщилось как у ребёнка, и она заплакала. Плакала она также странно, только левой стороной лица, правая же осталась неподвижна и только глаза отражали всё её внутренне состояние. — Даже я не могу сказать, придёт ли она в себя! Никто не может.

— Мерлин? — тихо спросила Лиана.

— Где он тот Мерлин. Нет, однозначно нет и даже он не справится. Понимаешь у каждого из нас есть дары, но они работают в определённых пределах. Ограничены пространством, временем, силой и так далее. Дальше, выше головы не прыгнешь, пусть ты даже целого скреббера загрызёшь. Так и у знахаря, в каких-то пределах мы становимся волшебниками, но дальше стена, шлагбаум, девочка! — устало проворчал папаша Кац.

— Какая я тебе девочка, — погрозила ему рыжая кулаком. — Может ты цену себе набиваешь, лохматый?

— Женя, уйми свою женщину! Кац никогда не врёт. Никогда сегодня, — поправился Изя. — Короче мне надо понаблюдать за Машей, а пока отстаньте от неё со своими хотелками.

— Бедная девочка, — Лиана выглядела расстроенной, такой я её редко видел. Она на самом деле переживала. Таня задумалась и смотрела вперёд. Кислый сразу поник и опустил глаза. Понятно, зачем ему инвалид. Инвалид, неслыханно. Инвалид в Улье, нонсенс, сенсация, да ваще хрень полная. Здесь обычно два состояния. Живой или мёртвый. Изя достал баночку с остатками мази от скреббера, которой он пользовал Соню и намазал ей правую половину лица. Любит он возиться с инвалидами. Соню он также выхаживал. Ощутимого эффекта мазь не принесла, но хотя бы лицо стало симметричным. Однако правая рука по-прежнему висела плетью.

— Так, ребята. И зверята… кстати, где наш доктор? — я вспомнил Фельдшера.

— У челноков, я полагаю, — проворчал знахарь, проверяя рефлексы Маши. Она переносила всё стоически не проявляя эмоций.

— Понятно, едем туда! — Лиана вытащила удерживающие броневик металлические опоры и развернула машину в узком туннеле. — Урфин, что скажешь?

— О чём? О Маше всё Изя сказал, а на следующий кластер можно и сверху спуститься, только пешком. Всё равно нам под землю надо идти, ваша повозка там без надобности.

Кроша остатки сгоревших шагающих танков, Лиана вывела броневик обратно. Поднявшись по эстакаде, мы вернулись к челнокам. Рядом с ними стоял Фельдшер с блестящим молоточком в лапах. В развивающимся на ветру халате он смотрелся особенно импозантно. Рядом с ним на земле лежали остальные участники представления. Три пилота и два офицера. На их скафандрах выделялись надписи. «Капитан Андерс» и «Капитан Крок». У всех пятерых во лбу красовались глубокие отверстия. На этот раз Урий сработал филигранно и обошёлся без кровавых излишеств.