Книга И пришел Лесник! 24, страница 46 – Василий Лазарев

Немногие оставшиеся в живых нолды расчищали базу ожидая прибытия подкрепления. Я разрывался между двумя целями. Неплохо было бы добить нолдов, когда они совсем слабые, но в тоже время я опасался, что тогда не сдюжим с Протеус. Думал, думал и всё-таки решил подождать финальной битвы двух цивилизаций. Товарищ Камо был такого же мнения. Нолды и так уже остались без платформы, теперь важнее было сломать буровую установку Протеус. РА, как и обещал, пропустил нас в Архив новым коридором. Мы проводили всех грузовики вниз. Припарковали броневики и на платформе отправились следом за всеми остальными. Стоило нам показаться, как РА объявил о завтрашнем собеседовании с ментатом и пожелал всем спокойной ночи. Мы же ушли уже привычным образом наверх через кольца телепортатора вызвав небывалый фурор у спасённых.

На следующий день состоялось то самое собеседование. Из трёхсот пяти человек включая самого Абажура только трое повели себя неадекватно, с ними разговаривали отдельно. Оказалось РА может любого человека на своей территории телепортировать и, если надо заключать в кокон. Чем больше мы знакомились с возможностями Инженеров, тем больше поражались. РА вёл одновременно десяток бесед задавая вопросы, подготовленные Изей и Лианой. Они точно знали, какие вопросы задавали ментаты. Конечно, эти вопросы не могли сравниться с живым ментатом, он ведь помимо выявления муров выдавал уникальные метки.

Но РА мог выдать их на основе ДНК. Впрочем, и ментаты не были безгрешными и порой тоже ошибались. Не в сравнении меток, а в личности человека. У него могли быть в порядке метки, но сам он работал на муров или нолдов, или чёрт знает на кого ещё. Так что метка, это далеко не панацея. Все люди имеют паспорта, только одни могут быть при этом убийцами, а другие нет. РА проверял множество факторов одновременно и мог с уверенностью сказать, врёт человек или нет. Первым он доставил в спецкабинет уставшего забитого жизнью человека средних лет.

— Как тебя зовут? — РА во всех беседах менял голоса. Сейчас мужичину допрашивала женщина.

— Лишай, а я где? — он огляделся. Комната с одним стулом и зеркалом во всю стену.

— У ментата. Садись, — спокойно предложила «девушка».

— Ну раз предлагаешь, присяду. Я, знаешь ли, в своё время уже насиделся, — посетовал мужичок.

— В тюрьме? — в некоторых вопросах мы подсказывали РА.

— Нет, в лагере. В крытке плохо, можно тубик подхватить. Два раза у хозяина был до звонка.

— Это осталось в прошлом. Чем занимаешься здесь?

— Так, то там, то здесь. Чем ещё в Улье можно заниматься? Выживаю, — он хоть и сидел в застенках почти неделю без еды на одной воде, выглядел не как все. Попробуйте пожить неделю на одной воде, а затем посмотрите на свою фотокарточку до этого, то сразу поймёте меня. Голод, он не только убивает организм, в первую очередь страдает мозг. В поисках еды человек способен на всё, даже сожрать рядом сидящего, если это конечно не лечебное голодание, когда ты можешь прервать пытку в любое время. Пленники вряд ли что-нибудь прервали и уже не надеялись на освобождение. Поэтому в их глазах застыл вечный голод, а этот выглядел иначе. Скорее всего подкармливали по ночам вызывая на «допрос». РА это сразу просёк, ему не нужно было вглядываться, стул сразу передал данные организма, в частности состав крови и всякие там лейкоциты. Короче, его организм не голодал. Как потом выяснилось, он их сразу отобрал по этому признаку, дистанционно произведя осмотр.